НЕ СЛОВА, А ДЕЛА ДОЛЖНЫ МЫ ПОКАЗАТЬ ВО ВРЕМЯ ИСХОДА
ИОАНН ЛЕСТВИЧНИК
Святой ИОАНН ЛЕСТВИЧНИК (484-563) получил прозвание по заглавию своей книги "Лестница духовная", в которой он подробно изобразил степени восхождения к совершенству в духе.
Сам он прошел строгое послушание в Синайской обители у старца Мартирия, к которому обратился за руководством в 16 лет. Его послушание было безупречным, и в 20 наставник постриг его в иноки, после чего Иоанн продолжил свое послушание еще 19 лет, до самой кончины своего наставника. Осиротев, он поселился недалеко от обители в полном уединении, предавшись молитве и размышлению. Каждые субботу и воскресенье он приходил в обитель на богослужение, приобщался святых тайн и беседовал с отцами, чтобы иметь от них указания на свое духовное состояние, в этих беседах он проявлял такие высокие знания, что некоторые монахи, не столь одаренные и не столь смиренные, даже обвинили его в тщеславии. Тогда он, дабы не смущать их, наложил на себя обет полного молчания. Но через год полного его молчания сама же монастырская братия упросила его стать их игуменом. Пробыв в этом служении четыре года, он вновь вернулся к своему уединению.
Книга "Лестница духовная" вот уже свыше четырнадцати веков пользуется большим авторитетом среди монашествующих, а после ее перевода на русский язык в 17 веке и среди православных мирян, взыскующих духовного руководства, вот некоторые выдержки из этого замечательного произведения.
* Кто низложил первые три из главных страстей (тщеславие, сребролюбие, чревоугодие), тот низложил вместе и пять последних (блуд, гнев, печаль, уныние, гордость); но кто не радеет о низложении первых, тот ни одной не победит.
* Во всех деяниях, которыми стараемся мы угодить Богу, бесы выкапывают нам три ямы: во-первых, борются, чтобы воспрепятствовать нашему доброму делу; во-вторых, если они в сем первом покушении бывают побеждены, то стараются, чтобы сделанное было не по Богу; если же и в сем умышлении не получают успеха, тогда уже, тихо подкравшись к душе нашей, ублажают нас, как живущих богоугодно. Первому искушению сопротивляется ревность о спасении и память о смерти; второму - повиновение Богу и уничижение, а третьему - всегдашнее уко-рение себя самого.
* Окрадение души есть, когда мы почитаем за добро то, в чем нет добра, - оно есть неприметное лишение богатства, - то есть незаметное пленение души. Убиение души есть умерщвление словеснаго ума впадением в непотребные дела (подавление смертными грехами страха Божия, совести и духовного чувства). Погибель души есть впадение в отчаяние после совершения беззакония.
* Когда бесы одолеют душу и свет ума помрачат, тогда не будет более в нас, окаянных, ни трезвенного внимания, ни рассуждения, ни ведения, ни стыда, но место их заступят: жестокосердие, нечувствие, нерассуждение и слепота.
* Потом (трудом) наипаче, а не нагим словом, потщимся научаться познанию Божественных истин; ибо не слова, а дела должны мы показать во время исхода.
* Ожестение сердца бывает иногда от пресыщения, иногда от бесчувствия; иногда же от пристращения к чему-либо. А пристращение опять бывает иногда от блуда, иногда от сребролюбия, иногда от чревоугодия, иногда от тщеславия, как и от многих других причин.
* Болезнь посылается иногда для очищения согрешений; а иногда для того, чтобы смирить самовозношение.
* Все случающееся с нами, видимое или невидимое, бывает принимаемо трояко: или с добрым, или с страстным, или с некиим средним расположением. Я видал трех братьев, потерпевших ущерб: один из них негодовал, другой пребыл без печали, а третий принял это с великою радостию.
* Как черпая воду из источников, иногда незаметно зачерпнем и жабу вместе с водою, так и, проходя добродетели, мы часто исполняем тайно сплетенные с ними страсти. Так, с страннолюбием может сплестись чревоугодие; с любовию - блуд, с рассудительностию - чрезмерная строгость, с благоразумием - лукавство; с кротостию - подозрительность, медлительность, леность, прекословие и непослушание; с молчанием - гнет учительства; с радостью - самомнение; с надеждою - леность; с любовию опять - осуждение; с безмолвием - уныние и леность; с чистотою - горечь; с смиренномудрием - безмерное дерзновение; за всеми же ими, как общее требующее врачества, лучше сказать, отрава, стоит тщеславие.
* Все просящие чего-нибудь у Бога и того не получающие, без сомнения, не получают просимого по какой-нибудь из следующих причин: либо потому, что просят прежде времени; либо потому, что просят выше меры своей и по тщеславию; либо потому что, получив просимое, возгордились бы или впали бы в нерадение.
* Иногда бесы отступают и сами собою, чтобы сделать нас беспечными. А потом, внезапно напав на бедную душу, расхищают ее, и до такой степени приучают ее к порокам, что она после того уже сама себя портит и против себя воюет.
* А что касается чистоты, безгневия, смиренномудрия, молитвы, бдения, поста и всегдашняго умиления, то сии добродетели выше естества. Некоторым из них научили нас люди своим примером; образцами других были для нас Ангелы; а иных учитель и дарователь есть Сам Бог Слово.
* Кто в начале не жил в повиновении, тому почти невозможно приобрести смирение, ибо всякий, сам собою научившийся художеству, много о себе мечтает.