Имя Иоиль (евр. Иоэль) означает «Ягве есть Бог» (по смыслу тождественно с именем Илия). О личности пророка и времени его жизни ничего не известно. Прежде его относили к 9 в. до н.э., но в настоящее время толкователи Библии считают, что он проповедовал в конце 5 в. Иерусалим в ту эпоху управляется духовенством, стены его восстановлены, и в храме совершается служба. На историческом горизонте уже появляются греки, но они еще не стали владыками Востока. Все это указывает на эпоху между Ездрой и походами Александра Македонского (336-323).
Большинство современных библеистов признает книгу произведением одного автора. Многие из них полагают, что Иоиль был служителем храма, где и прозвучали впервые его пророчества (на это указывает стиль книги, близкий к богослужебному). Книга распадается на две части. В первой говорится о невзгодах Иудеи и звучит призыв к покаянию; Ягве отвечает на всенародное покаяние, обещая конец бедствий и восстановление изобилия (1, 2 — 2, 27). Во второй части описывается в апокалиптических тонах суд над языческими народами и окончательная победа Ягве и Израиля (гл. 3). Обе части связывает ссылка на День Ягве, являющийся темой главы 3-й, но о котором уже говорится в 1, 15; 2, 1-2; 2, 10-11. Согласно тексту книги в ее настоящем виде, нашествие саранчи предзнаменует великий суд Божий, которому будет предшествовать излияние Духа (2, 28-29).
Иоиль пророчествовал в то время, когда ветхозаветную общину со всех сторон окружали опасности как духовного, так и политического характера. Границы Иудеи сузились до самых малых размеров (Иерусалим и окрестности); она находилась под персидским владычеством. Многие иудеи уже жили в рассеянии. Наставники народа прилагали усилия, чтобы помочь ему сохранить истинное благочестие и верность Завету. Кн. Иоиля носит эсхатологический характер. Она открывает собой целый ряд апокалиптических книг, проникнутых ожиданием Пришествия Господня.
Пророчество об излиянии Духа на весь народ Божий в мессианскую эпоху прозвучало здесь единственный раз в ветхозаветном Откровении. Оно осуществилось, когда Дух сошел на апостолов. Ап. Петр привел тогда это пророчество (Деян. 2, 16-21). Таким образом, Иоиль — пророк Пятидесятницы. В то же время он — пророк покаяния, и его призывы к посту и молитве, заимствованные из храмовых служб, были впоследствии включены в великопостное богослужение христианской Церкви.
====================
2-12 По всей вероятности, поводом к выступлению пророка послужило страшное бедствие, постигшее Иудею: саранча истребила посевы и народ был обречен на голод.
9 Хлебное приношение (ср. Лев. 2) и ежедневное возлияние состояли из плодов земли: муки, вина, елея (ср. Исх. 29, 38-42; Числ. 28, 3-8).
13-20 Пророк представляет стихийное бедствие как прообраз грядущего Дня Господня.
13 «Войдите»: подразумевается — в храм.
14 «Назначьте»: букв. «освятите». Те же призывы в 2, 12-13; 2, 15-17. Иоиль придает обрядовой стороне религии гораздо больше значения, чем Амос, Осия, Михей и Иеремия (ср. Амос 5, 21), хотя и он проявляет заботу о внутреннем обращении (2, 12-13).
1-11 Туча саранчи, которая сеет смерть. Изображение ее переходит у пророка в картину мировой катастрофы. Саранча — уже не просто жадные насекомые-опустошители, но и таинственные вершители возмездия. Образ саранчи мы находим и в Апокалипсисе, где она, закованная в железо, символизирует силы зла, вырвавшиеся наружу (Откр. 9, 1-12).
1 «Трубите трубою», т.е. предупредите о надвигающейся опасности (ср. Ам. 3, 6; Ос. 5, 8; Иез. 33, 3; 33, 6). Трубный звук предвещает и наказание Израиля (Ис. 18, 3; Ос. 8, 1; Иер. 4, 5; 6, 1), и наступление Дня Гнева (Иоил. 2, 1; Соф. 1, 16; Откр. 8, 6 — 9, 21). Служит он и для «созывания общества» (Числ. 10, 2-10; Иоил. 2, 15). В последний день «вострубит великая труба» (Ис. 27, 13), «труба Божия» (1 Фес. 4, 16-17; ср. 1 Кор. 15, 52).
4-9 Сравнение саранчи с конницей встречается нередко (ср. Наум 2, 4-7; 3, 2-3; 3, 15; 3, 17).
11 «Глас Свой» — подразумевается гром (ср. Исх. 19, 16; Ам. 1, 2; Пс. 18, 14; 29, 3-9; Иов 37, 4-5).
18 Покаяние спасет верных во дни страшных испытаний.
20 Все враги Израиля обычно приходили с севера (ассирийцы, скифы). Поэтому здесь север — место, откуда постоянно исходит угроза.
28-29 Если прежде Дух Божий сходил только на избранников (пророков, назореев, царей), то в День Господень весь народ Божий будет осенен небесной силой. Чаяние этого вселенского Сошествия Духа издревле жило в Израиле (ср. Числ. 11, 29). Дух низошел в Сионскую горницу, когда на учениках Христовых почили огненные языки (Деян. 2, 3). Поэтому кн. Иоиля (2, 28-29) читается на богослужении в праздник Св. Троицы.
30-31 Образы космической катастрофы — признак приближения Судного Дня.
32 Ап. Павел, толкуя это место, делает ударение на слове «всякий» и тем самым исключает возможность его понимания в узком смысле (как спасение только израильтян). К народу Божию принадлежит всякий, кто призывает имя Божие и кого призвал Господь (Рим. 10, 12-13).
1-3 «Долина Иосафата» (букв. евр. — Ягве судит) символически обозначает место, где Господь будет судить народы (ср. Иер. 25, 31; Ис. 66, 16); в ст. 14 она названа «долиной суда», из ст. 16 можно заключить, что она находится в окрестностях Иерусалима, но нет достаточно веских данных, чтобы отождествлять эту местность с теперешней «долиной Иосафата» (долиной Кедрона, на Ю.-В. от храма). Такое название этой долины мы встречаем впервые лишь в 5 в. по Р.Х. Пророчество имеет двойной смысл: возрождение остатка народа Божия, рассеянного среди многих племен, и возрождение Церкви в грозную апокалиптическую эпоху.
9-14 Пророчество о всеобщих войнах, которые будут терзать мир перед наступлением Дня Судного. В этот День правда Божия окончательно восторжествует.
17-21 Царство верных изображено у Иоиля в зримых образах. Оно представлено в виде земного благоденствия. Эти образы свойственны картинному языку пророков. Они в известной мере питали идеи земного мессианизма (см. Бл. Иероним, Толкование на Иоиля, 3).