СОБОРНЫЕ МОЛИТВЫ КО СВЯТОМУ ПРИЧАЩЕНИЮ [558]
1. Молитва св. Василия Великого.
Владыко, Господи Иисусе Христе, Боже наш, Источник жизни и бессмертия, всей твари видимой и невидимой Творец, безначального Отца столь же превечный и безначальный Сын! Ты, по великой Твоей благости, когда настало время благоприятное, воплотился, распялся и был погребён ради нас, неблагодарных и злых нравом. Ты Твоей Кровью обновил искажённую грехом человеческую природу нашу. Ты Сам, о бессмертный Царь, прими покаяние нас, грешных, склонив ухо Твое к нам, дабы услышать воздыхания наши. Мы согрешили, Господи, против Неба и перед Тобой и недостойны того, чтобы поднять очи свои к небесной Прекрасной Славе Твоей, ибо прогневали святую Благость Твою, нарушив заповеди Твои и не послушав повелений Твоих. Но Ты, Господи, незлобивый, долготерпеливый, многомилостивый, не допускаешь погибели нас, грешных, среди беззаконий наших, но от всех ожидаешь покаяния. Ибо Ты сказал, Человеколюбец, через Твоего пророка, что Ты не желаешь смерти грешника, но ожидаешь чтобы он обратился на путь добра и был жив. Ибо Ты не хочешь, Владыко, чтобы погибло создание рук Твоих, и не находишь справедливости в гибели рода человеческого, но желаешь, чтобы все спаслись и достигли познания Твоей Истины.
Посему, хотя мы и недостойны жизни ни на Небе, ни на Твоей земле, недостойны даже нашей кратковременной жизни, потому что без остатка отдали себя в рабство греху и чувственным наслаждениям и исказили в себе Твой образ, но, будучи творением Твоим, мы, несчастные, надеемся спастись и потому всегда прибегаем к Твоему безмерному милосердию. Прими же нас, человеколюбивый Господи, так, как Ты принял раскаявшихся блудницу, разбойника, мытаря и блудного сына.
Ты взял на Себя грех Міра и врачуешь человеческие немощи, призываешь к Себе изнуренных и обремененных и даёшь им покой, Ты пришёл призвать к покаянию не праведных, а грешников! Сними же с нас тяжёлое бремя грехов и очисти нас от всей нечистоты телесной и душевной. Научи нас вести святую жизнь в страхе перед Тобою, чтобы мы, со спокойной совестью причащаясь Святынь Твоих, вошли в Общение со Святым Твоим Телом и Кровью, дабы Ты жил и пребывал в наших сердцах с Отцом и Святым Духом.
Господи, Иисусе Христе, Боже наш! Не осуди нас за дерзновение соединиться с пречистыми и животворящими Твоими Тайнами (Телом и Кровью), чтобы мы не стали слабыми душой и телом, недостойно причащаясь. Но удостой нас до последнего нашего вздоха без опасения Твоего осуждения причащаться Святынь Твоих для Общения Духом Святым, для напутствия в жизнь вечную. Для того, чтобы услышать благоприятный ответ на трепетном и великом Суде Твоем и для того, чтобы нам со всеми избранниками Твоими стать участниками всей Полноты Твоих благ, которые Ты приготовил любящим Тебя, Господи. И будь прославлен за это во веки. Аминь.
2. Молитва св. Иоанна Златоуста.
Господи, Боже наш! Знаем, что мы недостойны, чтобы Ты вошёл под кров жилища душ наших, ибо оно пусто и в развалинах, и нет в нас достойного места, где бы Ты главу приклонил.
Господи, Ты ради людей уничижил Себя, сойдя с Высоты Небесной. Снизойди же ныне до ничтожества нашего.
Ты восхотел возлечь в пещере и в яслях для бессловесных животных. Так благоволи войти и в ясли наших безрассудных душ и в наши нечистые от греха телеса.
Ты не побрезговал некогда войти и поужинать с грешниками в доме страждущего проказой Симона. Благоволи же войти, как в жилище, и в наши недостойные и пораженные проказой греха души.
Ты не отверг блудницу и грешницу, которая пришла и прикоснулась к Тебе. Так будь же милостивым и к нам, заблудшим и грешным, приходящим и прикасающимся к Тебе.
Ты не побрезговал скверных и нечистых её уст, целовавших Тебя. Так не побрезгуй нашими, более чем у неё, скверными и нечистыми устами, губами и злыми языками нашими.
Но да будет пылающий Уголь
Святейшего Тела и Крови Твоей драгоценной
Освящением нашим и Возрождением
В Новую жизнь во Христе,
Здравием наших расслабленных душ и телес,
Облегчением тяжести наших падений,
И охраной от дьявольских тайных сетей,
Устранением и обузданием всех
Дурных и зловредных привычек,
Умерщвлением в нас всех греховных страстей,
Помощью скорой в исполнении всех повелений Твоих,
Умножением в нас Твоего Божества благодати
И Залогом наследия Царства всего Твоего.
Ибо мы приходим к Тебе, Христе Боже, не как дерзкие, но как смиренно уповающие на Твою неслыханную милость, дабы мы, пропастью греха разобщённые с Тобой, не похищены были духовным волком.
Поэтому, умоляем Тебя, Владыко Единосвятый: освяти наши души и тела, умы и сердца, и весь наш духовно-телесный состав, и всех нас обнови, укорени во всех членах телес наших спасительный страх перед Тобой и соделай в них Твоё освящение неизгладимым. Будь нам помощником и заступником, управляй, как кормчий, к вечному покою жизнь нашу, дабы нам удостоиться предстать по правую руку от Тебя вместе со святыми Твоими, ради молитв и предстательства Всепречистой Твоей Матери и бесплотных святых Твоих ангелов и всех святых, от начала веков Тебе благоугодивших. Аминь.
3. Молитва св. Симеона Метафраста.
Господи, Единосвятый и Вечный! По неизъяснимому Твоему к нам благосердию и человеколюбию, Ты усвоил Себе всю нашу духовно-телесную природу, через восприятие чистых и девственных кровей, чудесно Родившей Тебя Богоматери, через наитие Святого Духа, благоволением Превечного Отца. О Иисусе Христе, Премудрость Божия, наш Мир и Сила! Ты усвоил Себе плоть нашу, добровольно воспринял животворящие и спасительные страдания: распятие с гвоздями и смерть. Так умертви же губительные для наших душ телесные страсти. Ты погребением Твоим опустошил царство ада. Так погреби же под Твоим спасительным замыслом о нас все наши дурные намерения и рассей бесов зла. Ты на третий день Твоим живоносным из гроба восстанием поднял падшего праотца Адама. Так подними же и нас, впавших в грех, давая нам средства к покаянию. Ты славным Твоим вознесением обожил воспринятую плоть и почтил её сидением справа от Отца. Так удостой же и нас через Общение в Твоём Теле и Крови достигнуть правой стороны спасаемых. Ты сошествием Утешителя Духа, соделал святых Твоих учеников драгоценными сосудами Твоей благодати. Так яви и нас вместилищем благодати сошествия Святого Духа. Ты намерен вновь прийти к нам, чтобы праведно судить всех. Так удостой же нас встретить Тебя со всеми святыми Твоими, Судию и Создателя нашего, грядущего на облаках, чтобы мы бесконечно прославляли и воспевали Тебя с Безначальным Твоим Отцом и Всесвятым, Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и всегда и во веки вечные. Аминь.
4. Молитва, его же.
Христе Боже! Ныне мы стоим перед святым Твоим Жертвенником и перед страшными Твоими ангелами с обремененной грехами совестью. Мы приносим Тебе наши злые и беззаконные дела, говорим о них открыто и сожалеем о соделанном и, словно на Твоём страшном и нелицеприятном суде, слушаем обвинения своей совести и уже даём ей отчет в совершенных нами злых делах, хотя еще и не пришел день Суда Твоего над нами.
Воззри, Господи, на ничтожность нашу и прости нам грехи наши. О как умножились беззакония наши: их более, нежели волос на главах наших! Коих зол мы не совершили, коих грехов не сотворили, коего преступления мы не соделали мысленно в душах наших?! Да и в делах наших мы явили гордыню, превозношение, укоры, празднословие, неприличный смех, самолюбие, славолюбие, несправедливость. Все наши чувства, все члены телес наших мы осквернили, растлили, привели в негодность для добра, добровольно соделав из них оружие для дьявола (в борьбе против нас).
Знаем, Господи, что мы погрязли в беззакониях, но неизмеримо превосходит их Твоё к нам благосердие и невыразимая милость непоколебимой Благости Твоей, и нет такого греха, который был бы крепче человеколюбия Твоего. О предивный Царь, любящий Господь! Яви на нас, грешных, дивные милости Твои, покажи силу любящей Благости Твоей и снисходительного милосердия Твоего, прими нас, грешных, обратившихся к Тебе. Прими так, как принял Ты раскаявшихся блудного сына, разбойника и блудницу. Прими нас, безмерно согрешивших пред Тобой словом и делом, непристойными желаниями и страстными помышлениями. И, подобно тому, как Ты наградил пришедших к Тебе поздно, в одиннадцатом часу, ничего достойного для Тебя не успевших соделать, вот, так прими и нас, грешных, хотя мы много согрешили и осквернили себя, и опечалили Духа Твоего Святого, и огорчили человеколюбивое сердце Твое делом, словом и помышлением, днем и ночью, явно и тайно, осознанно или по принуждению.
Знаем и то, что Ты поставишь грехи наши на Суде пред нашей совестью такими, каковы они есть, и потребуешь отчета, которого наш разум не сможет представить в оправдание. Но, Господи, не осуди нас праведным судом Твоим и не наказывай нас гневом Твоим. Помилуй нас, Господи, ибо мы, хотя и ничтожные, но Твоё создание. Утверди в нас страх к Тебе, ибо мы, не имея его, дерзко соделали зло пред Тобой и пред Тобой согрешили. Умоляем Тебя: не войди в спор с падшими рабами Твоими, ибо, если Ты, Господи, станешь считать беззакония наши, то, кто, Господи? Кто оправдается перед Тобой? Ведь каждый из нас - это бездна греха и мы все - лишены всякого достоинства по грехам нашим, которым нет числа, и не можем себе позволить себе открыто и честно поднять глаза наши, чтобы воззреть на святую высоту Небес. Ибо какими только грехами мы не растлили себя, какие только злые дела не пленили нас?! Увы! Все грехи сотворили мы и всякую нечистоту привнесли в души и потому стали недостойными Тебя, Бога нашего, будучи самыми грешными среди людей.
Но, кто кроме Тебя сможет поднять нас, впавших в столь злые и в столь многие согрешения, Господи, Боже наш? На Тебя мы лишь надеемся и, если есть у нас хоть малая надежда на спасение, если человеколюбие Твое воистину покрывает множество беззаконий, то Ты Сам будь нам всем Спасителем и, по Своему благому снисхождению и милости к роду человеческому, ослабь узы грехов, отпусти, прости нам всё, в чём мы согрешили перед Тобой, ибо всяким злом наполнив души наши, мы растеряли твёрдую уверенность и надежду на своё спасение.
Так, помилуй же нас, Боже, по великой Твоей милости, и не воздай нам по делам нашим, и не осуди нас за преступления наши, но охрани, защити, избавь души наши от восстающих в них вихрей зла и пагубных желаний. Спаси нас милостью Твоей и пусть там, где умножался грех, изобилует благодать Твоя! Мы же будем за это всегда хвалить и прославлять Тебя во все дни жизни нашей. Ибо Ты - Бог кающихся и Спаситель согрешающим, и мы вместе Тебе славу воссылаем со Безначальным Твоим Отцом и Пресвятым и Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
5. Молитва св. Иоанна Дамаскина.
Владыко, Господи, Иисусе Христе! Ты - Бог наш, имеющий власть отпускать грехи! Ты, как милосердный и человеколюбивый, прости все наши грехопадения вольные и невольные, и удостой нас неповинно причаститься Твоих божественных, славных, пречистых и животворящих Тайн не к умножению наших бед, мучений и грехов, но для возрождения, освящения и в залог получения нами будущей жизни и Царства, к обретению благодатной защиты и помощи от (духовных) врагов, дабы они бежали от нас, и к истреблению многих наших согрешений. Ибо Ты, Боже наш, - Бог милостивый, сострадательный и человеколюбивый, и Тебе мы славу воссылаем с Отцом и Святым Духом, ныне и всегда, и во веки веков. Аминь.
6. Молитва св. Василия Великого.
Ведаем, Господи, что все мы недостойны причастия Пречистого Твоего Тела и Драгоценной Твоей Крови и виновны в том, что едим и пьём Их себе в осуждение, ибо не сознавая истинной святости Тела и Крови Твоих, Христа и Бога нашего. Но, уповая на Твоё благое к нам сотрадание, мы все же приходим к Тебе, ибо Ты сказал: "Вкушающий Мою плоть и пьющий Мою кровь во Мне пребывает и Я в нём".
Умилосердись же, Господи, и не осуди нас, грешных, но поступи с нами по милости Твоей. И, да будет нам эта Святыня к исцелению, очищению, просвещению, сохранению и во спасение, к освящению душ и телес наших; для победы над всеми нашими злыми намерениями, делами и отражение дьявольского действия, являемого через невидимые помыслы в уме нашем, для уверенного стояния пред Тобой, для умножения в нас любви к Тебе, для исправления и охраны нашей жизни, для возрастания добродетели и нашего духовного совершенства, для успешного исполнения заповедей, для нашего Общения во Святом Духе, в напутствие к вечной жизни и для надежды на слышание благоприятного ответа на страшном суде Твоем, а не для ожидания суда с наказанием.
7. Молитва св. Симеона, Нового Богослова.
От наших скверных уст и злых сердец, скверных языков и омраченных душ прими нашу молитву, о Христе наш, и не отвергни нас ни за неразумные слова, ни за проявления нераскаянного нрава. Позволь нам ныне высказать всё, что мы желаем открыть Тебе, Христе наш. Но, лучше будет нам, если Ты Сам научишь нас, что именно нам следует делать и что говорить Тебе, чтобы Ты услышал и помиловал нас.
Итак, Господи! Мы согрешили более той блудницы, которая, узнав, где Ты находишься, и, купив мирры, дерзнула прийти помазать ноги Твои, Бога нашего, Владыки и Христа нашего, и Ты не отверг её, пришедшую с открытым сердцем. Так не побрезгуй и нами, о Слово, позволь и нам держать и целовать Твои ноги и потоком слез, как драгоценной миррой, дерзновенно помазать их. Омой нас слезами нашими, очисти нас ими, о Слово, и освободи нас от грехопадений наших, и подай нам прощение.
Ты знаешь о множестве злых наших дел, видишь тайные язвы наши и рубцы от них, но Ты знаешь и силу веры нашей, Ты видишь и усердие наше в служении Тебе, Ты и стоны наши слышишь, ибо не таится от Тебя, Боже наш, Создатель Искупитель наш, ни капля слез, ни даже частица этой капли. Всё соделанное нами видят очи Твои и в памяти Твоей, как в небесной Книге, написано даже и еще не сделанное нами.
Боже Вселенной! Воззри на ничтожность нашу, взгляни на наши душевные муки и отпусти нам грехи наши, чтобы мы с открытым сердцем, в трепете перед Тобой и в смирении души причастились Пречистых Твоих и Пресвятых Тайн Тела и Крови, коими оживляется и обожается всякий, кто ест и пьет Их с чистым сердцем. Ибо Ты сказал, Владыко наш: "Всякий, вкушающий Мою Плоть и пьющий Мою Кровь, во Мне пребывает и Я в нем". Всякое же слово Твое, Владыко и Бог наш, - истинно и, причащаясь Божественных и обожествляющих нас Даров, мы, поистине, уже не одиноки, но - с Тобой, Христе наш, с Единым Светом, Сиянием Трех Светочей, как три Солнца сразу, и просвещающим этим Сиянием Мір.
Посему, чтобы нам не быть покинутыми и не остаться вне Тебя, Подателя жизни, Спасителя Міра, дыхания нашего, жизни нашей, радости нашей, мы и пришли к Тебе ныне, как Ты видишь, со слезами и смиренными душами, умоляя дать нам избавление от тяжести греховных падений наших и неповинно причаститься животворящих и пречистых Твоих Тайн Тела и Крови. Пребудь в нас, по слову Твоему, чтобы искуситель хитростью не похитил нас, увидев лишенными благодати Причастия и, сбив с пути ложным страхом, не увёл бы от Твоих божественных слов о спасительности причащения. Посему, склоняемся к стопам Твоим и горячо взываем: как приял Ты и блудного сына, и пришедшую к Тебе блудницу, так и нас прими, Всемилостивый, блудных и скверных, со смиренными душами ныне к Тебе приходящих.
Ведаем, о Спасе наш, что никто так тяжко не согрешал перед Тобой, как мы, и не сделал того, что мы совершали. Но, знаем и то, что ни тяжесть греховных падений наших, ни всё множество наших грехов не превзойдёт великого долготерпения и человеколюбия - Тебя, Бога нашего, ибо Ты милостивым благосердием Твоим очищаешь и обновляешь всех, горячо кающихся, и приобщаешь их к Твоему Превечному Свету, сообщая благодать Божества Твоего. Господи, Ты часто невидимо беседуешь с нами в нашей же совести, как с истинными Твоими друзьями, хотя это удивительно для ангелов и странно для земного человеческого рассудка. Но это прибавляет нам смелости, окрыляет нас, Христе наш, в уповании на Твоё благосердие к нам. Посему, мы с трепетной радостью, будучи сухой травой, общаемся с Тобой - Божественным Огнем и, дивное чудо! не сгораем, ибо таинственно орошаемся Твоей милостью, как в древности терновый куст, пылавший и не сгоравший. Мы же благодарными мыслями и сердцами, благодарными душами и телесами почитаем, величаем и славословим Тебя, Боже наш, как Благословенного, ныне и во веки веков. Аминь.
8. Молитва св. Иоанна Златоуста.
Боже, прости и отпусти нам наши согрешения, коими согрешили пред Тобой словами, делами, помыслами, вольно или в принужденииили невольно, сознательно или по небрежению Твоим Законом - все грехи нам прости по Твоей благости и человеколюбию Твоему. И, ради молитв Пречистой Твоей Матери, духовных Твоих служителей - ангельских сил и всех святых, от века Тебе благоугодивших, удостой нас ныне неповинно принять Святое и Пречистое Твое Тело и Драгоценную Кровь для исцеления душ и телес наших, очищения нас от злых наших желаний. Ибо Царство Твоё сильно и прекрасно - Отца и Сына и Святого Духа ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
9. Молитва, его же.
Владыко, Господи! Мы недостойны, чтобы Ты вошел под кров душ наших, но, так как Ты, - Человеколюбец и Сам хочешь жить в нас, то мы смело приступаем к причащению, ибо Ты повелел нам причащаться и мы, повинуясь, раскрываем дверь наших душ, которые Ты создал и куда Ты желаешь войти, по неизменной Твоей к нам любви. Войти, чтобы Твоею благодатью просветить помраченный наш разум. Да, мы веруем, что Ты можешь сие сотворить. Ибо Ты, Господи, не ушел от раскаявшейся блудницы, пришедшей к Тебе со слезами, и не отверг покаявшегося мытаря, не прогнал и разбойника, познавшего в Тебе Царя и Бога, и раскаявшегося гонителя Твоего Савла Ты не оставил гонителем, каковым он был прежде. Но всем им, пришедшим к Тебе с покаянием, Ты дал место в числе друзей Твоих, Единый и Благословенный Господи, всегда, ныне и в бесконечные веки. Аминь.
10. Молитва, его же.
Господи, Иисусе Христе, Боже наш! Сокруши, изгладь, смилуйся и прости нам, грешным, нетерпеливым и недостойным рабам Твоим все наши заблуждения, согрешения и грехопадения, в коих мы виновны пред Тобой от юности нашей и до настоящего дня и часа - сознательно или по небрежению Твоим Законом в словах, делах, стремлениях, мыслях, намерениях и всех наших чувствах. И, ради молитв безмужно родившей Тебя пречистой Приснодевы Марии, Матери Твоей, - первой, после Тебя, нашей твердой надежды на защиту и спасение, удостой нас, не навлекая на себя Твоего осуждения, причаститься пречистых, вечных, спасительных и страшных Твоих Таин для прощения наших грехов и достижения жизни вечной, для освящения и возрождения, для крепости, исцеления, здравия душ и телес наших, для истребления в нас злых замыслов, помышлений и мечтаний, прекращения ночных греховных видений, навеваемых в наш ум тёмными и злыми духами. Ибо Ты - триединое Царство и Сила и Слава, и Тебе мы честь и поклонение воздаём с Отцом и Святым Духом ныне и всегда, и во веки веков. Аминь.
11. Молитва св. Иоанна Дамаскина.
Ныне у дверей храма Твоего стоим, но не оставляют нас скверные мысли. Но Ты, Христе Боже, мытаря оправдавший и язычницу-хананейку помиловавший, и раскаявшемуся разбойнику двери Рая открывший, открой и нам, кающимся, человеколюбивое Сердце Твое, и прими нас, приходящих и прикасающихся к Тебе, как некогда принял Ты двух жен - блудницу и кровоточивую. Первая, только коснувшись края одежды Твоей, сразу получила исцеление, а вторая, обняв Твои Пречистые ноги, унесла с собой прощение грехов. А мы, дерзкие, вознамерились принять всё Твоё Тело и Кровь. Но, да не сгорим от сего, ибо просим Тебя: прими нас так же, как Ты принял тех двух жен и опали огнем Твоей благодати наши душевные чувства, но так, чтобы сжигались лишь причины наших грехов. Все сие, ради молитв безмужно Родившей Тебя Приснодевы Марии и небесных ангельских Сил, и, чтобы благословлять Тебя во веки веков. Аминь.
12. Молитва, св. Иоанна Златоустого.
Веруем, Господи, и перед всеми исповедуем, что Ты - истинный Христос, Сын Бога Живого, пришедший в Мір грешников спасти, среди которых мы - наигрешные.
Мы также веруем, что этот Хлеб есть пречистое Тело Твое, а это вино есть драгоценная Кровь Твоя.
Умоляем Тебя: помилуй нас и прости нам все наши грехопадения, кои мы совершили свободно или по принуждению в словах, в делах или из-за пренебрежения Твоим Законом, или по его неведению. И удостой нас, без боязни Твоего осуждения, принять частицу святых Твоих Тела и Крови для прощения наших грехов и для вечной жизни.
Допусти нас, Сыне Божий, быть участниками Твоей Тайной Вечери, ибо мы не поведаем врагам тайну Твоего Тела и Крови, дабы они не поглумились над ней [559], и, принимая их (устами), не поцелуем предательски Тебя, как Иуда. Но, напротив, словами раскаявшегося разбойника откроем веру в Тебя, Иисусе, как Бога: "Помяни нас, Господи, во Царстве Твоем!".
И пусть наше таинственное Общение во святых Твоих Теле и Крови принесёт нам не осуждение с суровым приговором, но исцеление нашим душам и телесам.
Молитва свт. Иннокентия Херсонского:
Господи, мы, как люди, согрешили. Ты же, как Бог милосердный, прости нас, видя немощные души наши. Иисусе, Боже наш, ведаем, что Ты можешь жить в сердцах людей. Приди же к нам и соедини нас с Тобой во веки.
Аминь.
СОБОРНЫЕ БЛАГОДАРСТВЕННЫЕ МОЛИТВЫ ЗА СВЯТОЕ ПРИЧАЩЕНИЕ
(для чтения в храме)
1. Молитва св. Василия Великого.
Благодарим Тебя, Господи, Боже наш, ибо Ты не отверг нас, грешных, но сподобил приобщиться Твоих Святынь. Благодарим Тебя за то, что Ты удостоил нас, недостойных, причаститься Пречистых, небесных Даров Твоих. Но, Владыко Человеколюбец, умерший за нас и воскресший, и даровавший нам страшные оживотворяющие Тайны Тела и Крови для благого действия в освящении душ и телес наших. Подай, дабы они были нам для исцеления душ и телес наших, для отражения всякого врага, для просвещения сердечных очей наших, для покоя наших душ, для укрепления твердости веры и умножения любви нелицемерной, для умножения мудрости и для исполнения заповедей Твоих, для умножения Божественной Твоей благодати, для вхождения в Царство Твоё. Дабы мы, хранимые Твоей Святыней, всегда помнили милость Твою и жили уже не для себя, но для Тебя, нашего Владыки и Благодетеля, и, уйдя из временной жизни с надеждой на жизнь вечную, мы бы через причащение достигли вечного покоя, где не умолкают голоса торжествующих и где есть бесконечная радость взирающих на несказанную Красоту Лица Твоего. Ибо Ты, Христе Боже, есть истинное желание, стремление и неизъяснимая радость любящих Тебя и Тебя воспевает всякое творение во веки. Аминь.
2. Молитва св. Василия Великого.
Владыко, Христе Боже, Царь веков и Создатель Всего Міра! Благодарим Тебя за все блага, кои Ты уделил нам через причащение пречистым и животворящим Твоим Тайнам. Молим Тебя, Милостивый Человеколюбец: сохрани нас под кровом Твоим, как под сенью крыльев, и дай нам с чистой совестью до последнего нашего вздоха достойно причащаться Святынь Твоих для полного освобождения от грехов и достижения жизни вечной. Ибо Ты, Христе, Хлеб жизни, источник освящения, податель благ и Тебе мы славу воссылаем с Твоим Отцом и Святым Духом ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
3. Молитва Метафраста.
О Создатель наш! Ты добровольно дал нам в пищу Плоть Свою, но Ты есть и Огонь, сжигающий недостойных причастников! Так не опали же нас, но пройди, как Огонь, во все телеса наши, во все суставы, внутренности и сердце, и сожги терновник всех наших грехов, души очисти, мысли освяти, укрепи колени ног наших для трепетного стояния пред Тобой, просвети Светом Твоей благодати все пять наших чувств, страхом пред Тобой, как гвоздями (распятия), пригвозди нас к святой жизни, защити, сохрани, убереги нас от всех губительных для спасения души дел и слов, очищай, омывай, наставляй нас, совершенствуй, вразумляй и просвещай нас. Удостой нас через причащение Твоему Телу и Крови стать Единым Храмом для Твоего Единого Божественного Духа, сотвори, чтобы нам не быть уже более убежищем греха, но, напротив, пусть бегут из нас, как из Твоего Храма, все пагубные намерения и греховные страсти, как дым от огня. Заступниками за нас мы ныне просим быть всех святых, начальников ангельских сил, Предтечу Твоего, премудрых Апостолов. Но, более иных, изряднее всех - Твою Непорочную, Пречистую Матерь. Все их молитвы, о милосердный Христе наш, прими, и соделай нас, рабов Твоих, чадами вечного светлого Дня. Ибо Ты, Милостивый, единственное Освящение и Свет для душ наших, и ныне мы, подобающее Тебе, как Богу и Владыке, приносим славословие.
4. Его же молитва.
Тело Твое Святое, Господи Иисусе Христе, Боже наш, да будет нам для достижения жизни вечной, а драгоценная Кровь Твоя для отпущения грехов. И да будет нам наше причащение в радость, здравие и духовное ликование. И удостой нас, грешных, в страшное второе пришествие Твое стать справа от Славы Твоей, по молитвам Пречистой Твоей Матери и всех святых.
5. Молитва Пресвятой Богородице.
Пресвятая Владычица Богородица, свет помраченных наших душ, надежда, защита, прибежище, утешение, радость наша! Благодарим Тебя за то, что удостоила нас, недостойных, причаститься пречистого Тела и драгоценной Крови Сына Твоего. Ты, Родившая истинный Свет, просвети сердечные очи наши! Ты, Родившая Источник Бессмертия, оживи нас, умерщвленных грехом! Ты, Милосердного Бога, любящая милосердие Матерь, помилуй нас и дай нам умиление и раскаяние в сердца наши, покой мыслям нашим и направь их к благим размышлениям. Помоги нам до последнего нашего вздоха неповинно принимать Святыню Пречистых Тайн для исцеления душ и телес наших. И дай нам слезы покаяния и благодарности, дабы мы воспевали и прославляли Тебя во все дни жизни нашей. Ибо Ты благословенна и прославленна во веки веков. Аминь.
П Р И Л О Ж Е Н И Е
(евхаристологические историко-богословские статьи)
О древней практике и образе произнесения ектеньи
и евхаристических молитвословий
(Архиепископ Ионафан: конспект из курса Исторической Литургики, прочитанного в Санкт - Петербургской Духовной Академии иеромонахом Микаэлем Арранцем)
В древности все ектеньи были "мирными", т. к. имели в начале призыв: "Миром (т. е. в полном душевном покое, в молчании) Господу помолимся". На первом прошении верные, молча, "ничтоже отвещавая", умиряли чувства и возводили свой ум "горе" - к невидимому Богу.
Дьяконские прошения на мирной ектеньи, начиная от "О свышнем мире...", верные уже выслушивали коленопреклонно. Внешним знаком к коленопреклонению на иных ектеньях служило первое возглашение "Паки и паки ("миром"), преклоньше колени, Господу помолимся". Знаком перехода к стоянию собрания верных служило возглашение: "Заступи, спаси, помилуй ("возстави") и сохрани...". Просительные возглашения диакона ("Дне всего совершенна") выслушивались всеми стоя и, как правило, без произнесения "Господи, помилуй" (как в Литургии св. Иакова). Молитва священника на ектеньи выслушивалась как правило также коленопреклонно. Место священнической молитвы было перед возглашением диакона "Заступи, помилуй..." или, что более естественно, перед распевным произнесением священником возгласа. Диакон часто подавал знак к общей молитве возглашением "Премудрость", т. е. "Внимание!".
В состав почти каждой ектеньи включалась поминальная часть ("Пресвятую, пречистую...") и увещевание о силе братской молитвы ("...сами себе и друг друга..."). В необходимых случаях священник читал т. н. главопреклонную молитву, испрашивая для народа благословение Божие. Все верные при этом стояли с низко опущенной головой в знак послушания Божией воле (до произнесения распевного возгласа), подтверждая услышанное восклицанием "Аминь".
Количество ектений на Литургии не всегда было одинаковым. Так, ектенья "Рцем вси" совершалась во время литийных процессий по городу в связи с природными бедствиями или эпидемиями, и в последний раз произносилась в притворе (в нартексе) храма, здесь же читались "заказные" диптихи "о здравии и спасении" Императора и верных. За поминовение имён вносились пожертвования на содержание храмов и на нужды столичного клира. Со временем литийную процессию по городу совершать перестали, но сугубая ектенья "задержалась", (равно как чтение диптихов и внесение пожертвований на их чтение), и получила своё место в Литургии (после проповеди по окончании чтения Евангелия, но ещё долгое время ектенья "Рцем вси" произносилась произвольно, "аще настоятель изволит".
Естественное место просительной ектеньи было и остаётся после освящения Святых Даров. Согласно высказыванию святителя Иоанна Златоуста: "Когда перед тобой Царь, тогда и возноси свои прошения", верные в этот момент службы усиленно читали свои диптихи, мысленно молились о своих нуждах, об упокоении усопших или здравии родных и близких.
В славянском чине Литургии просительных ектений две. И они почти буквально дублируют друг друга. Первая - после Великого входа, а вторая - перед "Отче наш". Случилось это потому, что Великий вход стал совершаться, вклинившись в последование т. н. Песенной Утрени, каковой является, по сути, вся первая часть Литургии (до входа в алтарь священнослужителей). Песенная Утреня состояла из трёх псалмов, с разделяющими их двумя малыми, а в конце третьего псалма - одной просительной ектеньей и заключительной (отпустительной) молитвой. Последнюю, по совершении Великого входа, заменила молитва на поставление Святых Даров на престол. Третий псалом по праздникам стал заменяться исполнением т. н. "блаженных стихов": стихами из Нагорной проповеди ("Во Царствии Твоем") с тропарями из второго канона праздника.
Учитывая исторические обстоятельства происхождения, литийную ектенью "Рцем вси", как и первую после Великого входа просительную ектенью "Исполним молитву", в греческих церквах при служении Литургии ныне пропускают.
Что же касается иных малых ектений около некоторых священнических молитв, то причины их появления исторической науке не достаточно известны. Вероятно, это было обусловлено появлением практики "тайного чтения" евхаристических молитв.
В древности почти всю Литургию верные, в знак смирения и покаяния, стояли на коленях, следуя логике священнических молитв: "Вновь и многократно мы преклоняемся пред Тобой", "и милися деем", т. е., повергаясь.
Позже коленопреклонения ("поклоны") на ектеньях по воскресеньям (но, отнюдь, не по будням), а также в период Пасхи и Пятидесятницы, были отменены некоторыми соборными правилами, т. к. стояние верных в День Господень должно было теперь символизировать веру Церкви во всеобщее воскресенье.
Отвечая на вопрос мирян: "можно ли совершить земной поклон освящённым в Тело и Кровь Христовы Святым Дарам на Литургии в воскресный день?", - необходимо помнить, что соборно было отменено покаянное коленопреклонное стояние народа на ектеньях и молитвах лишь по воскресным дням и в период Пятидесятницы. Но никогда не упразднялось благочестивое евхаристическое "боголепное" земное поклонение истинным Телу и Крови Христовым (после "Тебе поем"), которое тонкими знатоками церковного Устава не отменно соблюдается "во вся лето", т. е. во все дни литургического года. (Это имеет место у старообрядцев. Творится ими также земной поклон "во вся лето" и в честь Пресвятой Богородицы после пения "Достойно есть" или задостойника. Известно также, что богослужебные обычаи старообрядцев в РПЦ соборно признаны равночестными и православными (в том числе и двуперстное осенение).
О гласном и коленопреклонном образе совершения священнических молитв святой Евхаристии, свидетельствует и святитель Иоанн Златоуст: "И в молитвах, как всякий может видеть, много содействует народ. Так, например, о бесноватых и о кающихся совершаются общие молитвы священником и народом, и все читают одну молитву - исполненную милосердия. Равным образом, когда изгоняем из священной ограды недостойных участвовать в святой трапезе (Евхаристии), нужна бывает другая молитва, - мы все вместе повергаемся на землю, и все вместе встаем". В чине Божественной Литургии святителя Иоанна Златоуста (во второй молитве верных) читаем: "Паки и многажды припадаем, и Тебе молимся, Благий и Человеколюбче... ". Само церковнославянское выражение "мили ся деем", встречающееся в молитве призывания Святого Духа, буквально означает "простираясь", "покорно, рабски повергаясь телом".
К сожалению, с ослаблением покаянной дисциплины и силы духа молитвы древнее покаянное уставное коленопреклонение общины на ектеньях и молитвословиях Литургии повсеместно исчезло из практики во все дни церковного года. Однако остаток этого византийского обычая можно увидеть и услышать в РПЦ при гласном чтении трёх древних молитв на ектенье вечерни в самый день Святой Троицы, которое производит сильное впечатление на молящихся. С этого момента период Пятидесятницы заканчивался и все верные Древней Православной Церкви снова стояли коленопреклонно почти всю Литургию.
Общая схема византийской ектеньи.
1. Введение в молитву ("Паки и паки"...); 2. Коленопреклонение ("О свышнем мире..."); 3. Переход от коленопреклонения к стоянию ("Заступи, спаси, помилуй, возстави..."); 4. Окончание: поминальная часть ("Пресвятую, пречистую..."), гласная молитва предстоятеля и "Аминь" народа.
Иларион (Алфеев), епископ Венский и Австрийский, Московский Патриархат
Божественная Литургия
(доклад в Киевской Духовной Академии 20. 09. 02)
Литургия есть "общее дело" и она, безусловно, требует присутствия и активного участия мирян. Православная практика не знает частных Литургий, которые бы священник совершал наедине с собой (как это весьма распространено в Католической Церкви). Вся структура Литургии предполагает наличие общины, которая, наравне со священником, является совершителем Литургии. Это община не "зрителей", но участников, чье участие в Литургии заключается в причастии Святых Христовых Тайн.
Справедливо отмечалось многими (в том числе с особенной настойчивостью о. Александром Шмеманом), что чинопоследование Литургии верных вообще не предполагает наличия в храме не причащающихся молящихся, и что современная практика, при которой многие довольствуются пассивным присутствием в храме, не соответствует практике Древней Церкви.
Я полностью согласен с теми, кто считает, что практику Древней Церкви следует возродить и что мирянам надо позволять причащаться за каждой Литургией. При этом правила, касающиеся подготовки к причащению, должны быть одинаковыми для мирян и для духовенства.
Когда для духовенства устанавливаются одни нормы, а для мирян другие, это представляется несправедливым и противоречащим смыслу Литургии, на которой все - и епископ, и священник, и мирянин - предстают перед Богом и предстоят Богу в равном (священническом - прим. ред. ) достоинстве, или, увы, в равном (моральном - прим. ред. ) недостоинстве. Ибо "никтоже достоин от связавшихся плотскими похотьми и сластьми приходити или приближитися" к причащению Святых Христовых Тайн". Но еще преподобный Иоанн Кассиан Римлянин говорил: "Мы не должны устраняться от причащения Господня из-за того, что сознаем себя грешными. Но еще более и более надобно поспешить к нему для уврачевания души и очищения духа, однако же с таким смирением духа и веры, чтобы, считая себя недостойными принятия такой благодати, мы желали более уврачевания наших ран. А иначе и однажды в год нельзя достойно принимать причащение, как некоторые делают... оценивая достоинство, освящение и благотворность Небесных Тайн так, что думают, будто принимать их должны только святые и непорочные; а лучше бы думать, что эти таинства сообщением благодати делают нас чистыми и святыми. Они подлинно выказывают больше гордости, нежели смирения, как им кажется, потому что, когда принимают их, считают себя достойными принятия их. Гораздо правильнее было бы, если бы мы со смирением сердца, по которому веруем и исповедуем, что мы никогда не может достойно прикасаться Святых Тайн, в каждый воскресный день принимали их для врачевания наших недугов, нежели... верить, что мы после годичного срока бываем достойны принятия их".
Активное участие мирян в Литургии предполагает и возможность для них отвечать на возгласы священника и слышать слова так называемых "тайных" молитв, в частности, молитву анафоры. В современной церковной практике эти молитвы, как правило, читаются священником про себя, что во-первых создает дополнительную преграду между священником и паствой, а во-вторых - и это главное - окрадывает молящихся, так как основное содержание Литургии проходит мимо них.
Приходится слышать много аргументов в защиту практики тайного чтения молитв: говорят, в частности, что нельзя, чтобы эти молитвы слышали непосвященные, случайно зашедшие в церковь люди; ссылаются на "тайную дисциплину" (disciplina arcana), существовавшую в Древней Церкви. Все эти аргументы мне представляются неубедительными. Так называемые "тайные" молитвы изначально не были тайными: предстоятель читал их во всеуслышание.
Думается, и в наше время верующие должны иметь право слышать эти молитвы целиком, а не только их заключительные придаточные предложения, обозначающие, что молитва прочитана, но не дающие ни малейшего представления о ее содержании ("яко да под державою Твоею всегда храними", "победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще", "Твоя от Твоих Тебе приносяще" и пр. ). По крайней мере, вслух следует читать молитву анафоры, в которой заключена вся суть Литургии.
Служение Литургии - творческий акт, в который вовлечена вся полнота Церкви. Текст Литургии всегда один и тот же, но каждая Литургия дает возможность духовно воспринять его по-новому и заново пережить радость встречи с Живым Богом.
Многое при совершении Литургии зависит от священнослужителей. Очень часто Литургия бывает "украдена" у верующих из-за поспешного или небрежного совершения ее священником. Служение Литургии, вне зависимости от того, совершается ли оно архиереем в кафедральном соборе или священником в сельском храме, должно быть неспешным и величественным. Все слова Литургии должны произноситься с возможной тщательностью, внятно и отчетливо. Очень важно, чтобы священнослужитель молился вместе с общиной, а не произносил механически слова, давно утратившие для него новизну и свежесть. Недопустимо привыкание к Литургии, восприятие Литургии как чего-то будничного, обыденного, даже если она совершается ежедневно.
В служении Литургии недопустима театральность, актерство, искусственность. Священнослужитель, кроме того, не должен открыто выражать свои эмоции, чувства, переживания, не должен своим служением привлекать внимание к себе, дабы основное внимание верующих было всегда обращено не на него, а на истинного совершителя Литургии - Христа.
Сказанное относится и к диаконам, которые в некоторых случаях превращают богослужение в театр, используя все богатство своих голосовых и актерских данных для того, чтобы произвести большее впечатление на публику. Роль диакона в Литургии чрезвычайно важна: он призывает общину к молитве и призван создавать молитвенное настроение, а не разрушать его.
Имеется особенность православной Литургии: в ходе ее совершения устанавливаются трогательные, теплые и доверительные отношения между предстоятелем и диаконом. "Помолися о мне, владыко святый", "Помяни мя, владыко святый" - с этими словами диакон неоднократно обращается к предстоятелю в ходе Литургии. "Да исправит Господь стопы твоя", "Да помянет тя Господь во Царствии Своем", - отвечает ему предстоятель.
Принимая от епископа благословение или подавая ему тот или иной священный предмет, диакон всегда целует ему руку; начиная или заканчивая священнодействие, кланяется ему. Все эти действия - не просто остатки древнего "церковного протокола". Они имеют иконный характер, символизируя те отношения абсолютного доверия и любви, которые существуют между людьми в Царстве Небесном и которые должны существовать между теми, кто живет в Боге.
Кроме того, эти действия подчеркивают иерархический характер Церкви, в которой, по учению Ареопагита, божественные "исхождения" и "светолития" переходят от высших к низшим: от ангелов к человекам, от епископа к священникам, от священников к диаконам, от клириков к мирянам. Наконец, почтение, оказываемое во время богослужения епископу-предстоятелю как совершителю Евхаристии, как видимой иконе Христа, (или совершающему её от имени правящего епископа настоятелю) сродни тому, которое оказывается священным изображениям: честь, воздаваемая образу священнослужителя-епископа восходит к Первообразу-Христу.
Архимандрит Киприан считал Божественную Литургию "самым мощным средством пастырского служения". Он подчеркивал, что "ни молебны, ни панихиды, ни акафисты (к которым, кстати сказать, относились очень неодобрительно и митрополит Антоний [Храповицкий], и приснопамятный святитель московский митрополит Филарет (Дроздов)), не могут заменить собою святейшую службу Евхаристии". Если уж молебны и панихиды необходимы, их следует совершать до, а не после Литургии. Впрочем, мне думается, что сама Литургия, будучи службой универсальной и всеобъемлющей, уже вмещает в себя все то, ради чего служатся молебны и панихиды, в том числе поминовение живых и усопших.
В Царствии Божием отпадут символы, останутся только реальности. Там мы не будем причащаться Тела и Крови Христовых под видом хлеба и вина, но будем "истее" причащаться Самого Христа - Источника жизни и бессмертия. Но, хотя изменится вид, образ, форма нашего приобщения к Богу, не изменится его сущность: это всегда будет личная встреча человека с Богом, причем человека не изолированного от других, но находящегося в общении с другими. В этом смысле справедливо говорится о том, что Литургия, совершаемая на земле, - лишь часть той непрестанной Литургии, которая совершается человеками и ангелами в Царстве Небесном.
О соборном служении Народа Божьего и о гласном чтении евхаристических молитв
(Из книги протопресвитера Николая Афанасьева "Служение мирян в Церкви. М. 1955. )
По учению св. Игнатия Богоносца, никто ничего относящегося к Церкви не может совершать без воли епископа. Без епископа не может совершаться ни одно священнодействие, ибо без епископа нет Церкви. И это вытекает из того непререкаемого факта, что на евхаристическом собрании - Трапезе Господней, он (епископ) занимает среди учеников Господа место Христа на Тайной Вечери.
В то же время, как явствует из текстов литургических молитв, Таинства и священнодействия совершаются неслиянно всей целокупностью народа Божьего, ибо в Церкви Христовой все Таинства и священнодействия совершаются не отдельными группами церковного тела (клиром или "мирянами"), но всей Церковью, как единым народом священников Бога Вышнего.
Сослужение верных предстоятелю в совершении таинств не есть символическое, оно - сакраментально. "Миряне" участвуют в совершении таинств, а не только присутствуют при их совершении, ибо общее священство народа Божьего имеет не символический, а реальный характер, и имеет своим онтологическим основанием и исполнением новозаветное первосвященническое служение Христово.
Народ Божий, которого Бог избрал, всегда свят, как свята всегда Его Церковь, независимо от греховности отдельных её членов. Поэтому священнодействия в Церкви всегда благодатны, ибо священнодействуют не отдельные её члены, но все её члены (и иерархия, и верные) через Христа - единого Ходатая и Вечного Первосвященника Нового Завета.
В древности все молитвы предстоятеля при совершении Евхаристии произносились гласно, вслух всего собрания верных. Апостолы совершали Евхаристическую трапезу по образу совершения еврейских пасхальных трапез, при которых нет места никаким "тайным" молитвам.
Практика же "немого" (тайного, про себя) чтения евхаристических молитв возникла как следствие постепенного проникновения в церковное сознание идеи особой посвящённости клира, которая разделила членов Церкви на две половины - на посвящённых (клир) и на непосвящённых ("мирян"), нарушив тем самым древнее предание Церкви о едином онтологическом священническом достоинстве всех её членов во Христе, при разности их харизматических служений в Церкви (апостол, евангелист, пророк, клирик, лаик). Литургия, как Общее Дело Церкви, "разделилась" на два дела. Одно совершается клиром - в алтаре (евхаристические молитвы), а другое, для верных, - в храме (ектеньи, пение символа веры и др. ).
С новшеством тайного "немого" чтения литургических молитв пытался энергично бороться византийский Император св. Юстиниан (V век), который в 137 новелле прямо предписывал возвратиться к древней традиции гласного чтения евхаристических молитв, дабы народ Божий мог осознано ответить на благодарение предстоятеля подтверждением "Аминь" (сейчас "аминь" произносит либо диакон, либо сам священник). И здесь уместно вспомнить слова святителя Иоанна Златоуста, который в одном из своих сочинений, описывая соборное участие народа Божьего в совершении Евхаристии, писал: "И молитвы благодарения у нас общие, потому что не один только священник приносит благодарение, но и весь народ" (Иоанн Златоуст. In II Cor. XVIII, 3. Русский перевод. Творения св. Иоанна Златоуста. СПБ, 1904, т. Х, стр. 632-633).
О расхождениях в славянских и греческих текстах Литургий святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста
(Из научных публикаций Одесской Духовной Семинарии)
Известные расхождения между славянской и греческой редакциями литургий святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста существуют давно и, как ни парадоксально, самые значительные из них находятся в центральной части обеих литургий - анафоре, то есть в основной евхаристической молитве, во время которой, по учению Церкви, предлежащие на престоле Дары пресуществляются в Тело и Кровь Господни.
Образованная и выкристаллизованная святыми Отцами из отдельных доксологий (славословий) и молений единая евхаристическая молитва - анафора содержит элементы, которые в литургической науке стали известны под названиями: префацио, анамнесис, эпиклесис и интерцессио.
Первая часть префацио (с латин. введение) - это молитва благодарения Богу, в которой раскрывается глубина чувств преданной Богу души. У св. Василия Великого - это прославление Бога за создание человека и дарование ему способности познания Бога, за домостроительство его спасения по грехопадении. Св. Иоанн Златоуст прославляет Бога за Его величие, за приведение человека "от небытия в бытие", за спасение падшего и за все благодеяния "их же вемы, и их же не вемы, явленная и неявленная".
Вторая часть - это воспоминание (греч. анамнесис) установления Господом Таинства Евхаристии с произношением установительных слов Его: "Примите, идите... ", "Пийте от нея вси... ", "Сие творите в Мое воспоминание".
После этого в молитве следует призывание (греч. эпиклесис) на предложенные Дары наития Святого Духа. Это моление о благодатном освящении евхаристических приношений. Эпиклесис всегда воспринимался общецерковным сознанием как момент кульминации молитвы, непосредственно связанной с непостижимой тайной Евхаристии - преложением хлеба и вина в истинное Тело и истинную Кровь Христовы.
Интерцессио (с латин. ходатайство) - последняя часть анафоры. Это моление о святых, моление за Церковь Святую, Соборную и Апостольскую, за всех христиан живых и усопших в надежде воскресения и жизни вечной, "и о всех и за вся". Таковы составные основные части единой евхаристической освятительной молитвы - анафоры.
В нашей статье речь пойдёт о тропаре третьего часа "Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа... " со стихами из псалма 50 "Сердце чисто созижди... " и "Не отвержи мене от лица Твоего... ", не принадлежащими творчеству святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста.
Священнослужители, как правило, знают, что тропарь третьего часа - это позднейшая вставка в литургиях, но не все отчетливо себе представляют какой диссонанс он вносит в центральную часть евхаристического канона. На своем месте, в службе часов, тропарь третьего часа - замечательная молитва, прекрасное священное песнопение, но, по чьему-то недоразумению вставленный в готовые, отработанные, богословски осмысленные святыми отцами евхаристические молитвы, он вносит в них досадный разлад. Он явно нарушает слаженное литературное построение предложений и логическое течение мыслей и действий в анафорах, искажает богословствование святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста.
По православному учению освящение Даров совершается наитием Святого Духа и, в этом отношении эпиклесис - призывание Святого Духа на Дары - есть кульминация евхаристической молитвы. С эпиклесисом неразрывно соединено осенение освящаемых Даров крестным знамением. Поэтому эта часть евхаристической молитвы не может быть затемнена или искажена позднейшими вставками.
Для уяснения неуместности нахождения тропаря в этой части анафоры следует задать вопрос: к Кому, к какому Лицу Святой Троицы обращается священник, произнося текст тропаря: "Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый, Того, Благий, не отыми от нас, но обнови нас молящих Ти ся"? Ответ у всех, несомненно, будет однозначный - ко второму Лицу Святой Троицы, к Сыну Божию, Спасителю нашему, Господу Иисусу Христу, Который по Своему обетованию послал от Отца Духа Святого на Своих апостолов.
После неё продолжается чтение анафоры, благословляется святой хлеб: "И сотвори убо хлеб сей Честное Тело Христа Твоего. А еже в чаши сей - Честную Кровь Христа Твоего... ". И здесь священник уже снова обращаемся к Богу Отцу. Но, слова тропаря, примыкая к словам анафоры, сливаются с ними и происходит "подмена действующих Лиц". Мы как бы продолжаем обращаться к Господу Иисусу Христу, произнося "И сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего... ". Получается, что не Бог Отец, а Христос должен сотворить Тело какого-то другого Христа! В этом и состоит суть богословской коллизии.
Но, если в анафоре св. Иоанна Златоуста тропарь третьего часа внешне незаметно "вписывается" в слова евхаристической молитвы, то, будучи неудачно вставленным в текст анафоры св. Василия Великого, он вносит грубый богословский разлад.
По свидетельству ученых, анафора св. Василия Великого отличается слаженностью своей литературной формы и плавным течением мыслей Святителя. Это и сконцентрированная система христианского богословия, и гимн, провозглашающий бесконечное милосердие Бога к людям, и теплая молитва праведника.
В анафоре св. Василия Великого, перед благословением Даров, молитва Богу Отцу читается так: "...Тебе призываем, Святе святых, благоволением Твоея благости приити Духу Твоему Святому на ны, и на предлежащия Дары сия, и благословити я, и освятити, и показати". Что же "показати"? - "Хлеб убо сей, самое Честное Тело Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа; Чашу же сию, самую честную Кровь Господа и Бога. и Спаса нашего Иисуса Христа, излиянную за живот мира".
Однако, включение тропаря третьего часа между словом "показати" и словами " хлеб убо сей..." разрушило единство текста и синтаксически, и по смыслу. Обращение священнослужителя в тропаре к Богу Сыну не согласуется с молитвой анафоры к Богу-Отцу "показати" наитием Духа Святого евхаристические Хлеб и Вино Телом и Кровью Христовыми.
Тем не менее, в наших современных служебниках этот тропарь есть, причем он заостряет на себе особое внимание совершающего литургию священнослужителя. Если важнейшая молитва призывания Святого Духа на Дары в обеих литургиях, читается им как бы между прочим, тихо и спокойно, то при чтении тропаря третьего часа проявляется весь молитвенный подъем служащего, чему способствует еще и поднятие рук. К тому же, некоторые священнослужители по недоразумению принимают тропарь третьего часа за молитву призывания Святого Духа.
Послушаем, что говорит епископ Порфирий (Успенский), известный и авторитетный ученый-востоковед по этому поводу:
"В долговременную бытность мою на греческом Востоке, пишет он, я внимательно следил за ходом богослужения тамошних архиереев и священников и заметил, что нигде там, ни на Синае и Сионе, ни в Афинских и Фессалийских монастырях, ни в Египте и Сирии, ни во всем Константинопольском патриархате, никто после молитвы призывания Святого Духа на Дары в чине литургии, никто ни тайно, ни гласно не произносит тропаря: "Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый... ", тогда как мы произносим его даже с воздеянием рук и вслух.
Я, продолжает святитель, спрашивал многих архиереев, игуменов и священников: почему вы не произносите тропаря: "Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа... ", и от всех получал один ответ: "Кто произносит сию молитву (тропарь) непосредственно после молитвы призывания Святого Духа на Дары, тот прерывает смысл литургии, в которой священнослужитель просит Бога Отца, а не Бога Сына, ниспослать Духа Святаго на предлежащие Дары и преложить хлеб в Тело Христово, а вино - в Кровь Его. Посему, перестаньте и вы, русские, говорить неправильное: "Господи, Христе, ... сотвори Христа Твоего", но произносите: "Ты, Боже Отче, сотвори (Тело и Кровь) Христа Твоего". С такою молитвою вы разумно, осмысленно и правильно совершите Таинство".
По свидетельству исследователей - литургистов в служебниках ХII, ХIV, ХV вв. перед освящением Даров нет молитвы "Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа... ". В Русской Церкви всеобщая практика чтения тропаря устанавливается только в ХVI веке. А на православном Востоке и в ХVI веке чтение тропаря не было повсеместным. В ХVIII в. возникла среди греков открытая оппозиция этой практике. Появился трактат неизвестного "иерокирикса" (проповедника), в котором доказывалось, что это новшество синтаксически безграмотно и литургически недопустимо, так как прерывает мысль составителей анафор - вселенских учителей Церкви - в кульминационном моменте их молитвы. В результате этого протеста из греческих служебников тропарь третьего часа был полностью изъят.
Об удалении тропаря из анафор в славянских служебниках в настоящее время, по-видимому, речи нет, но перенести его в промежуточную часть анафоры (между анамнесисом и эпиклесисом) - возможно. В этом месте тропарь третьего часа, будучи вставленным перед подлинной молитвой призывания Святого Духа и последующим благословением Святых Даров, не нарушал бы логику богословской мысли и литургических действий.
Протоиерей Николай Афанасьев. Церковь Духа Святого.
Царственное священство
(в сокращении)
Прямые свидетельства Писания о священническом служении членов церкви немногочисленны, но настолько определенны, что не требуют особых толкований. В своем послании ап. Петр обращается ко всем христианам: "И сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу, Иисусом Христом... Вы род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенство Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет; некогда непомилованные, ныне помилованные" (1 Пет. 2, ст. 5, 9, 10). В Апокалипсисе мы читаем: "Соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу Своему, слава и держава во веки веков" (1, 6); "И соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле (5, 10), и "они будут священниками Бога и Христа, и будут царствовать с Ним тысячу лет" (20, 6).
"Нет уже иудея, ни язычника, нет раба, ни свободного, нет мужского пола, ни женского: ибо вы одно (один) во Христе Иисусе" (Гал. 3, 28). "Дары и призвание Божье непреложно" (Рим. 11, 29), и потому нельзя быть в Церкви и не быть членом народа Божьего. Каждый, кто в Церкви, - верный, а все вместе - народ Божий, и каждый призван, как священник Бога, приносить Ему Иисусом Христом духовные жертвы.
"Пресвитеров ваших умоляю я, сопресвитер и свидетель страданий Христовых... пасите Божье стадо, какое у вас..., не господствуя над клирами, но подавая пример стаду" (1 Пет. 5, 1-3). В каждой местной церкви Дух Святый поставил пресвитеров (или епископов), чтобы они пасли стадо Божье (Деян. 20, 28). Божье стадо, которое пасут пресвитеры, является их клирами, которые они получили от Бога". Народ Божий - один, стадо Божье - одно, и клир - один. Принадлежа к стаду Божьему, каждый член Церкви принадлежит клиру пресвитеров, который им вверен, а через них к клиру Божьему. Поэтому каждый верный является клириком епископа-пресвитера, а это указывает на его принадлежность к местной церкви под предстоятельством епископа. Он - клирик еще и потому, что уделом всего народа Божьего, в котором он состоит, является Господь.
Апостольская церковь не знала деления на клириков и мирян в нашем смысле, как и не содержала самих терминов мирянин и клирик. Это есть основной факт церковной жизни первохристианства, но из этого факта в высшей степени было бы неправильно сделать заключение, что служение в Церкви исчерпывалось общим для всех священническим служением. Это было служением всего народа Божьего, как целого. Другим фактом жизни первоначальной церкви было разнообразие служений. Тот же Дух, которым все крестились в одно тело и которым все напоены, разделяет дары каждому особо "на пользу" (1 Кор. 12, 7) для действования и служения внутри Церкви. "И Он поставил одних апостолами, других учителями, иных евангелистами, иных пастырями к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова" (Еф. 4, 11-12)". Разнообразие служений вытекает из органической природы Церкви, в которой каждый ее член занимает определенное, ему одному свойственное положение и место. "Бог расположил члены, каждый в теле, как Ему было угодно" (1 Кор. 12, 18). В живом организме место и положение его членов находится в зависимости от тех функций, которые ими выполняются, так и в теле Христовом с местом и положением его членов связано разное служение. Дары Духа даются не сами по себе и не как награда, а для служения в Церкви, и даются они тем, кто уже напоен Духом. Это значит, что общая напоенность Духом является основой "дела служения", так как без этой благодатной основы не было бы возможно разнообразие даров Духа. Особые служения направлены к "созиданию тела Христова" (Еф. 4, 12). В них находят свое выражение разнообразные функции, необходимые для общей жизни всего тела. Поэтому общее служение в Церкви предполагает различие служений, а различие служений не может быть без общего служения.
Разнообразие служений не нарушает единства природы членов Церкви. Онтологическое единство всех членов Церкви вытекает из их единства "во Христе". По своей природе все члены Церкви одинаковы, так как у всех один и тот же Дух. "Дары различны, но Дух один и тот же" (1 Кор. 12, 4). По своей природе никто не может ставить себя выше других в Церкви, а тем более выше Церкви, или претендовать особым образом выражать Церковь. Ни апостолы, ни пророки, ни учители не составляют сами по себе, или все вместе или каждый в отдельности Церковь. И те, и другие, и третьи только члены Церкви, а не вся Церковь, а потому не могут существовать без остальных членов, так как иначе они не могли бы выполнять тех функций, для которых они поставлены Богом. Различие между лицами, имеющими особые служения, и между теми, кто этих служений не имеет, не онтологическое, а функциональное.
Это различие перешло бы в онтологическое, если бы в Церкви не существовало общего для всех ее членов священнического служения. Тогда бы оказалось, что только одна часть членов Церкви имеет в ней служение, а большая часть не имела бы никакого служения. Это означало бы, что большая часть членов оставалась бы без даров Духа, так как Дух в Церкви дается для действования в ней. В благодатном организме оказались бы безблагодатные члены. "Излию от Духа Моего на всякую плоть; и будут пророчествовать сыны ваши и юноши ваши будут видеть видения. И на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни изолью от Духа Моего, и будут пророчествовать" (Деян. 2, 17-18; Иоиль. 2, 28-29). В Церкви не может быть безблагодатных членов, как не может быть членов без служения в ней. В Церкви в полноте излита благодать Духа - "от полноты Его мы все прияли, и благодать на благодать" (Ин. 1, 16) - на всех ее членов. Различие состоит в том, что призванные к особому служению получают и особые дары Духа для своего служения в Церкви, которых не имеют те, кто этого служения не исполняет. Все одарены одним Духом, но не все имеют одни и те же дары Духа. В таинстве брака брачующимся подаются дары Духа для их совместной жизни. Этих даров не имеют лица, не состоящие в браке, но благодатны и те, и другие".
Тертуллиан утверждал, что "различие между клиром и народом установила власть церкви и часть собрания клира". Это верно, если рассматривать клир и народ, как отдельные группы, различающиеся по своей природе, но не верно по существу. Тем более неправилен во всех смыслах тот вывод, который сделал Тертуллиан из этого положения: "оттого, где нет собрания клира, будь себе самому и приносящим, и помазующим и священником". Тертуллиан соблазнился учением о царственном священстве членов Церкви, как не раз в истории этим соблазнялись, и не усмотрел, что первоначальное различие клира и народа проистекает из различия служений. Различие же служений не установлено ни церковной властью, ни частью клира, а вытекает из самого понятия Церкви.
Особое служение предстоятельства (епископское служение) является жизненными функциями, без которых Церковь не может существовать на земле как живой и живущий организм.
С самого начала на Евхаристическом собрании были те, кто предстоятельствовали, и те, кому они предстоятельствовали. Без этого не могло быть Евхаристии, так как такова ее природа, которая требует предстоятеля. Начиная с первой Евхаристии, совершенной в Иерусалиме, на ней в литургическом порядке различался народ от ее предстоятеля. "В так называемый день солнца бывает у нас собрание в одно место всех живущих по городам или селам; и читаются, сколько позволяет время, сказания апостолов или писания пророков. Потом, когда чтец перестает, предстоятель посредством слова делает наставление и увещание подражать тем прекрасным вещам. Затем все вообще встаем и воссылаем молитвы. Когда же окончим молитву, как я выше сказал, приносится хлеб, и вино, и вода; предстоятель также воссылает молитвы и благодарение, сколько он может. Народ выражает свое согласие словом "аминь". Предстоятель возносит благодарение, на которое народ ответствует "аминь". В числе запечатлевающих через "аминь" благодарение предстоятеля имелись не только лица, необлеченные особыми служениями, но и лица, исполняющие разные служения: среди них были те, кого сейчас мы называем мирянами, и пресвитеры, и диаконы, и учители, если они принимали участие в Евхаристии. Все участники собрания совместно со своими предстоятелями составляли единый народ Божий, царственное священство. Это есть различение народа от предстоятеля, а потому оно не нарушало целостности народа Божьего. Предстоятель был неотделим от народа, так как сам принадлежал народу. Если бы он не принадлежал к народу, то он не мог бы быть его предстоятелем на Евхаристическом собрании. Таким образом, с самого начала термин "лаос" выступал в двух значениях: он обозначал весь народ Божий, которому принадлежали все члены Церкви без исключения, а в литургическом порядке он обозначал тех, кому предстоятельствовал предстоятель и кто затем получил специальное наименование "верный".
Если бы даже литургическое различение предстоятеля от народа действительно установила церковная власть, то и в этом случае Тертуллиан был бы не прав, так как такого рода установление, как основанное на различении служений, соответствовало бы воле Божьей, ибо воля Божья не в смешении, а в различении служений. Поэтому Тертуллиан совершенно не прав, когда он усваивал верным те служения - "будь себе самому и приносящим, и помазующим, и священником" -, на которые они не получили благодатных даров. Это было бы смешением служений, при котором не могло бы найти своего выражения священническое служение народа и его предстоятеля, так как оно делало бы невозможным само Евхаристическое собрание. Вопреки Тертуллиану, где нет клира, нет и Церкви, а если нет Церкви, то нет священства и нет служения священства.
"Я от Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и возблагодарив, преломил и сказал... " (1 Кор. 11, 23-24) и "чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение тела Христова?" (1 Кор. 10, 16). Ап. Павел считал, что ему дана благодать, чтобы "благовествовать язычникам неисследимое богатство Христово и открыть всем, в чем состоит домостроительство тайны сокрывавшейся от вечности в Боге, создавшем все Иисусом Христом, дабы ныне соделалась известною через Церковь начальствам и властям многоразличная Премудрость Божия" (Еф. 3, 8-10).
Желанием скрыть от непосвященных то, что делается в алтаре, объясняется и чтение священником про себя тайнодейственных молитв. Мы даже не можем ставить вопрос, знала или нет первоначальная и древняя церковь тайное чтение молитв, настолько оно находится в противоречии со всей литургической ее практикой. "Потом к предстоятелю братий приносятся хлеб и чаша воды и вина: он, взявши это, воссылает именем Сына и Духа Святого хвалу и славу Отцу всего и подробно совершает благодарение за то, что Он удостоил нас этого. После того, как он совершит молитвы и благодарение, весь присутствующий народ отвечает: аминь".
Когда в церкви появилась дисциплина непосвященных, то она относилась к тем, кто не состоял еще в Церкви, т. к. от верных ничего не было скрыто в Церкви. Тайный гнозис, о котором говорили Климент Александрийский и Ориген, не имел отношения к литургическим актам, которые полностью были открыты всем верным, но к более полному знанию, которое постепенно раскрывается в зависимости от личного совершенствования каждого верующего.
Древний образ причащения - так, как причащаются ныне священнослужители в алтаре - был достоянием всех членов Церкви. "По сему, аще кто хощет во время литургии причаститися пречистаго тела и едино с Ним через причастие быти: руки да слагает во образ креста и да приемлет общение благодати. Ибо из злата или иного вещества вместо руки некия вместилища устрояющих для приятия божественнаго дара и посредством оных сподобляющихся отнюдь не одобряем, яко предпочитающих Божиею образу вещество бездушное и подчиненное рукам человеческим". Вопреки этому правилу, выражающему древнейшее предание Церкви - "ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пиете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он приидет" (1 Кор. 11, 26) - засвидетельствованное всей древней христианской письменностью, начиная с Иустина Мученика, устанавливается различие в образе принятия св. Тайн. Вероятно, простой народ долго хранил истинное предание, но школьное богословие забыло о нем или не хотело помнить.
Это учение повлияло и на самые литургические чины. С внешней стороны эти чины в современной форме как будто не оставляют места для священнодействия мирян, но внутренняя основа богослужения, особенно тех чинов, которые не претерпели очень значительных изменений, не была затемнена окончательно процессом отделения мирян от клира, и продолжает свидетельствовать о совершении священнодействий всем народом совместно со своими предстоятелями.
В этом отношении особенно важно таинство Евхаристии, как основное среди остальных. Даже в современных чинопоследованиях этого таинства имеются ясные указания о священном достоинстве народа Божия. Для большей убедительности мы обратимся к ним, а не к более древним чинопоследованиям. В Евхаристическом каноне литургии Иоанна Златоуста молитва благодарения есть общая молитва всей Церкви. "О сих всех Тя благодарим, и единороднаго Твоего Сына, и Духа Твоего Святаго, о всех, ихже вемы и ихже не вемы, явленных и неявленных благодеяниях бывших на нас. Благодарим Тя и о службе сей, юже от рук наших прияти изволил еси, аще и предстоят Тебе тысящи архангелов и тьмы ангелов... " - благодарит весь народ через своего предстоятеля, собранный для принесения Евхаристической жертвы в своем общем служении Богу и Отцу Господа Иисуса Христа. В следующей за ней молитве вся Церковь, а не один только епископ или пресвитер, молится: "С сими и мы блаженными силами, Владыко Человеколюбче, вопием и глаголем: свят єси и пресвят, Ты, и единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый, иже пришед, и все еже о нас смотрение исполнив, в нощь, в нюже предаяшеся, паче же Сам Себе предаяше за мирский живот... ". В молитве перед благословением св. Даров призывается св. Дух на весь народ и на предлежащие дары. "Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем, низпосли Духа Твоего Святаго на ны и на предлежащыя дары сия". Это моление о ниспослании Духа Святого "на ны" перед самым совершением таинства Тела и Крови свидетельствует, что совершителем таинства является не один предстоятель, а весь народ в целом. Еще более ясно эта мысль выражена самим Иоанном Златоустом: "Есть случаи, в которых священник не отличается от подначального, например, когда должно причащаться страшных тайн. Мы все одинаково удостаиваемся их; не так, как в Ветхом Завете, где иное вкушал священник, иное народ, и где не позволено было народу приобщиться того, чего приобщался священник. Ныне не так; но всем предлагается одно тело и одна чаша. И в молитвах, как всякий может видеть, много содействует народ. Так например, о бесноватых и о кающихся совершаются общие молитвы священником и народом, и все читают одну молитву - исполненную милосердия. Равным образом, когда изгоняем из священной ограды недостойных участвовать в святой трапезе, нужна бывает другая молитва, - мы все вместе повергаемся на землю, и все вместе встаем. Когда опять наступает время преподания и взаимного принятия мира, все равно друг друга лобзаем. При самом также совершении страшных тайн священник молится за народ, а народ молится за священника, потому что слова: "со духом твоим" означают не что иное, а именно это. И молитвы благодарения также общие, - потому что не один священник приносит благодарение, но и весь народ. Получив сперва ответ от народа, и потом согласие, что достойно и праведно совершаемое, начинает священник благодарение. И что удивительно, если вместе со священником взывает и народ, когда он возносит эти священные песни совокупно с самими херувимами и горними силами". Весь народ, участвуя в благословении даров, ответствует на тайнодейственные слова предстоятеля через "аминь". В современном чине этот "аминь" должен произносить либо диакон, либо священник, но о том, что он произносился всем народом, мы имеем непреложные свидетельства из литургической практики первоначальной и древней церкви. "Потом к предстоятелю братий приносится хлеб и чаша воды и вина: он, взявши это, воссылает именем Сына и Духа Святого хвалу и славу Отцу всего и подробно совершает благодарение за то, что Он удостоил нас этого. После того, как он совершит молитвы и благодарение, весь присутствующий народ отвечает: "аминь". Дионисий Александрийский, в своем известном послании в связи со спорами о крещении еретиков, рассказывает о каком-то верном, который усомнился в истинности своего крещения. "Быв при недавнем крещении присоединившихся и выслушав вопросы и ответы, он пришел ко мне с плачем и с самосокрушением и, упав мне в ноги, начал исповедываться и каяться, что крещение принятое им от еретиков было не таково и не имеет ничего общего с нашим, потому что оно исполнено нечестия и богохульства. Говоря, что душа его сильно страдает и что от тех нечестивых слов и действий у него даже нет дерзновения возвести очи к Богу, он просил меня преподать ему истиннейшее очищение, усыновление и благодать. Но я не решился это сделать, сказав, что для сего довольно долговременного его общения с Церковью, что я не дерзаю снова приготовлять того, кто внимал благословению даров, вместе с другими произносил аминь, приступал к трапезе, протягивал руки для принятия св. Пищи, принимал ее и долгое время приобщался Тела и Крови Господа Нашего Иисуса Христа".
Таинство Тела и Крови совершается не священником, а молитвенным призывом всей Церкви, всего народа Божьего, собранного во всей своей совокупности. Предстоя всему народу Божию - невидимым силам небесным, святым и народу, стоящему во храме и всем членам Церкви, живым и усопшим, епископ или пресвитер совершает Таинство совместно со всеми, из которых каждый верный совместно с другими является также совершителем Таинства.
Совместное священнодействие всего народа Божия в Евхаристическом собрании находило свое выражение в древней церкви в том, что все совместно принимали св. Тайны. Епископ с пресвитерами не отделяются от остального народа ни в моменте времени причащения, ни в способе причащения, после которого следовала общая для всех молитва благодарности: "Бог Вседержитель, Отец и Господь Иисуса Христа, мы благодарим Тебя за то, что Ты сподобил нас причащения Святых Твоих тайн... ". Участие в Евхаристии для первохристианского сознания было не долгом и обязанностью, как это сейчас трактуется в церковном праве, а живым и спонтанным выражением принадлежности к Церкви. Все те, кто участвовал в Евхаристическом собрании, приступали к св. Тайнам, и не могло быть такого случая, чтобы кто-нибудь из них не причащался. Только начиная с Константиновой эпохи в этом отношении происходят изменения, как последствие изменений в самом церковном сознании. 2-е правило Антиохийского собора и параллельное ему 9-е Апостольское правило угрожает отлучением тем, кто отвращается от причащения св. Евхаристии: "Все входящие в церковь и слушающие священныя Писания, но по некоторому отклонению от порядка не участвующие в молитве с народом или отвращающиеся от причащения святыя Евхаристии, да будут отлучены от Церкви дотоле, как исповедуются, окажут плоды покаяния, и будут просить прощения и таким образом возмогут получить оное". "Всех верных, входящих в церковь и Писания слушающих, но не пребывающих на молитве и святом причащении до конца, яко безчиние в церкви производящих, отлучать подобает от общения церковнаго".
Борис Сове. Евхаристия в древней Церкви и современная практика
(Из журнала "Православний вісник", № 4 1998, сс. 11-30. УПЦ, в сокращении. )
В великий день таинственной Пятидесятницы было положено начало новому благодатному царству - обществу Нового Израиля, Церкви Христовой - мистическому телу Христову. В Церкви воссоздано единство человеческого естества, расчлененного грехом. Горделивому строительству вавилонской башни, смешению языков и разделению человечества в богослужении Пятидесятницы противопоставляются огненные языки Св. Духа и богочеловеческое соборное тело Церкви, соединенное воедино любовью.
"Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино" (Ин. 17, 21), - молился Христос своему Отцу в первосвященнической молитве. Эта молитва и предшествующая ей прощальная беседа Христа с собеседниками - друзьями апостолами в Сионской Горнице, этот гимн ликующей и торжественной любви, богословие Евхаристии, в Евангелии "богослова и друга Христова" Иоанна занимает место, соответствующее описанию Тайной Вечери в синоптических Евангелиях. На ней была совершена первая Евхаристия, установившая Новый Завет. "Сие творите в Мое воспоминание". Исполняя эту заповедь Христа в полном сознании великого значения Евхаристии, апостолы совершают это таинство. Реконструкция первоначальной формы Евхаристии представляет сложную проблему [1]. По всей вероятности, апостольская Евхаристия по форме походила, если не повторяла, чин иудейской вечери друзей (habura) - kiddush, может быть, пасхальной.
Книга Деяний повествует, что после первой проповеди Апостола Петра и крещения 3000 человек "они постоянно пребывали в учении апостолов, в общении и преломлении хлеба" (Деян. 2, 42) и, "преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца" (Деян. 2, 46). Это преломление хлеба озаряло благодатными лучами всю жизнь первохристианской общины, живущей постоянно радостью блаженного сорокадневия. "Все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого" (Деян. 2, 44). "У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа, и... не было между ними никого нуждающегося" (Деян. 4, 32, 34). Жизнь христиан была проникнута сознанием, что если страдает один член, страдают с ним и все члены, славится один член, с ним радуются все члены" (1 Кор. 12, 26). У "чаши благодарения" для христиан указывался путь к разрешению социальной проблемы, мучительная острота которой в Римской империи и до сего времени волнует наши сердца, как она мучила и христиан первых веков. Евхаристия углубила остроту проблемы. Евхаристия соединяла и уравнивала всех - господ и рабов, богатых и бедных. Все члены Церкви - равны и свободны во Христе, все - дети Божии, все - друзья Христовы, братья и сестры. "Один хлеб, и мы многие - одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба" (I Kop. 10, 17).
Это единство всех членов Церкви во Христе во образе Пресвятой Троицы и союз любви, даруемый в Евхаристии [2], звучат во всех евхаристических молитвах, начиная с "Учения двенадцати апостолов", еще сохранившего словесные формы иудейских застольных ритуалов, но вложившего в них новое содержание - христологию и экклезиологию [3].
"Да приидет благодать, и да прейдет мир сей", - молится совершающий Литургию. И община торжественным мессианским гимном приветствует Евхаристического Христа. "Осанна Богу Давида... Маран афа - Господь пришел". Он является верующим в Евхаристии. Наступает парусия. Исполняются видения и чаяния древних пророков. "Да приидет Царствие Твое". Начинается мессианское царство. "Се бо входит Царь славы". Христос царствует. Христиане участвуют в брачной вечере Агнца, в мессианской трапезе, соборно принося молитву благодарения и причащаясь Тела и Крови Христовых. Это и было тем весельем, о котором говорит книга Деяний. Это и было тем благодатным опытом, который вдохновлял на исповеднический и мученический подвиги.
Соборность Евхаристии, крестовоскресного праздника христианской общины, ярко выражена во всех чинах Литургии - "общего дела" Церкви, начиная с ее описания в "Апологии" Св. Иустина Мученика [4] (написанной между 150 и 155 гг. ).
Евхаристия совершается в день воскресный - "день солнца". В ней принимают участие все члены общины. После чтения Священного Писания и проповеди все приносят приношение (I Кор. 16, 2) - дары - жертву Богу, вещество для таинства, участвуя этим в общем евхаристическом жертвоприношении [5]. "Мы приносим Богу не как будто нуждающемуся, но в благодарение его господству и в освящение твари... Слово хочет, чтобы и мы приносили дары к алтарю часто и неопустительно" [6]. К этим дарам присоединялись и дары ближним, но не как простой акт благотворительности, а как жертва Богу. "Между тем достаточные и желающие, каждый по своему произволению, дают, что хотят, и собранное складывается у предстоятеля, и он имеет попечение о сиротах и вдовах, о всех нуждающихся вследствие болезни или по другой причине, о находящихся в узах, о пришедших в нужде" [7]. Без любви - жертва несовершенна (Мф. 5, 22-24). Участию в литургийном благодарении предшествовало примирение и врачевание взаимных отношений членов общины. Это требование предъявляется "Учением 12 апостолов" к участвующим в Евхаристии наравне с указанием допускать к ней только возрожденных в водах крещения. Примирение запечатляется "святым лобзанием любви" (1 Кор. 16, 20), "лобзанием любви" (I Петр. 5, 14), "лобзанием примирения" (св. Кирилл Иерусалимский. Пятое тайноводственное слово), "божественным лобзанием" (Дионисий Ареопагит), которое "соединяет взаимно души". "Когда, - пишет Тертуллиан, - больше целование с братьями уместно, как не тогда, когда возносится более угодная Богу общая молитва, после которой они, как участники в нашем молитвенном подвиге, своим целованием хотят скрепить свой братский союз с ними. Какое моление цельно без скрепы святым целованием?" [8]. "Возлюбим друг друга". Без любви невозможно единомыслие. Источник любви - Христос [9]. Соединенная в единое тело этим "священнодействием мира" (Дионисий Ареопагит), которым достигается "единомыслие и единодушие, и словесное тождество" (св. Максим Исповедник), община приступает к евхаристической молитве, которая читается епископом, окруженным клиром. Молитва часто импровизируется, ибо анафора находится еще в расплавленном состоянии. Литург вслух от лица всех верующих приносит благодарение и "словесную и бескровную службу" "о всех и за вся". Он не отделен от верующих. Он - "предстоятель братии" (св. Иустин Мученик), "уста всех" (Феодор Мопсуэстийский и Нарсай), он - корифей хора "союзом любви связуемых" и дающих "благодарение и славу Дающему всем мир". Вся община творчески участвует в евхаристической молитве, в евхаристической жертве и благодарении, запечатлевая молитву общим торжественным "Аминь" [10]. Этим молитвенным подвигом выполнялось первое общественное дело - литургическое, одна из главнейших обязанностей не только иерархии, но и всех членов Церкви, народа "Нового Израиля", "народа избранного, царственного священства, рода святого" (1 Петр. 2, 9; Анафора Св. Василия Великого), ибо в Церкви Христовой осуществляется идеал, которого чаял Моисей (Исх. 19, 6) и пророки - всеобщее священство.
Конечно, это учение о всеобщем священстве не исключает богоустановленной иерархии, совершительницы таинств. "Только та Евхаристия почитается истинною, которая совершается епископом или тем, кому он сам предоставил это" [11].
Об участии народа в евхаристической молитве ясно учит св. Кирилл Иерусалимский [12] и св. Иоанн Златоуст, глубоко скорбевший о равнодушном отношении многих христиан к Литургии. "В молитвах много содействует народ. Так, например, о бесноватых и о кающихся совершаются общие молитвы священником и народом... При самом совершении страшных тайн священник молится за народ, а народ молится за священника, потому что слова "со Духом Твоим" означают не что иное, как именно это. И молитвы благодарения также общие - потому что не один священник приносит благодарение, но и весь народ". Св. Иоанн Златоуст подчеркивает ответственность всех членов Церкви, продолжая: "Все же это сказано мною для того, чтобы каждый из подначальных трезвился, чтобы мы знали, что все мы едино тело и столь же различаемся один от другого, сколько член от члена, и чтобы мы не все возлагали на одних священников, но и сами пеклись о всей Церкви, как о теле всем нам общем" [13].
Приглашение диакона "Станем добре, станем со страхом, святое возношение в мире приносити" относится ко всем верующим. Евхаристические молитвы обращены к Богу от лица всей общины. Например, в сирийской Литургии св. Иакова - после слов анафоры, произносимых священником: "Сие творите в Мое воспоминание"...
Народ. Смерть Твою, Господи, мы воспоминаем, Воскресение Твое исповедуем и второго пришествия Твоего ожидаем; просим у Тебя милости и благодати, молим об оставлении грехов; да будут милости Твои на всех нас.
Священник. Итак воспоминаем, Господи, смерть Твою и тридневное Воскресение Твое... Приносим Тебе сию страшную и бескровную жертву... Ибо Твой народ и Твое достояние умоляет Тебя, а через Тебя и с Тобою - Отца Твоего, и говорит:
Народ. Помилуй, Господи, Боже Всемогущий, помилуй нас.
Священник. И мы, немощные и грешные рабы Твои, Господи, благодарим Тебя, прославляем Тебя за всех и всё.
Народ. Прославляем Тебя, благодарим Тебя, поклоняемся Тебе, благодарим Тебя и молим у Тебя прощения, Господи Боже, помилуй нас и услышь нас.
Диакон. Как страшен настоящий час. Как ужасно, возлюбленные мои, то время, в которое... Святой Дух... почиет на этой Евхаристии... и освящает ее... Присутствуйте же со страхом и трепетом, стойте и молитесь... Воскликнем и скажем трижды: Господи, помилуй.
Священник произносит призывание Св. Духа.
Народ. Трижды: Господи, помилуй, и запечатлевает призывание Св. Духа двукратным "Аминь".
Далее народ приглашается диаконом к отдельным частям ходатайственной евхаристической молитвы, читаемой священником. Каждая из шести частей утверждается "Аминь" народа. Он же и заканчивает анафору словами: "Каким оно было и есть в роды родов" и (будет в продолжение) будущих веков во веки. Аминь [14].
Это общее участие в принесении евхаристической жертвы завершается общим причащением св. Тела и Крови Христовых. Объединенные в молитве "единым сердцем и едиными устами", верующие соединяются со Христом и в Нем друг с другом. "Нас же всех от Единаго Хлеба и чаши причащающихся соедини друг ко другу во едино Духа Святаго Причастие" (Анафора св. Василия Великого). Причащение каждого члена запечатлевалось "Аминь" [15].
Общее причастие за каждой Литургией было нормой в Древней Церкви. Оно было тесно связано с общей евхаристической молитвой и жертвой. Находящиеся под запрещением и лишенные права приступать к Св. Чаше не могли участвовать в Литургии [16]. Литургия совершалась по воскресным дням ("Учение 12 апостолов", "Апология" Иустина Мученика, Деян. 20, 7). В IV веке Евхаристия совершается и в субботу в Александрии и вообще в Египте, в Малой Азии и Константинополе [17].
В некоторых же частях Церкви причащение было более частым. Так, св. Василий Великий в письме к Кесарии, жене Патриция, пишет, "что мы причащаемся 4 раза каждую седмицу - в день Господень, в среду, в пяток и в субботу, а также и в другие дни, если бывает память какого святого", но "хорошо и преполезно каждый день приобщаться и принимать Святое Тело и Кровь Христову" [18]. Обычай ежедневного причащения был распространен и в Риме, и в Испании [19]. В конце III - начале IV в. постепенно устанавливается Великий Пост - время покаяния и сокрушения о грехах. В скорбные дни поста полная Литургия - праздник христианской общины с ее пасхальной крестовоскресной радостью Голгофы и Светозарной ночи - не могла совершаться. Однако верующим было разрешено причащаться и в дни поста. Было положено начало Литургии Преждеосвященных Даров, которая представляет собой соединение вечерни с причащением и говорит о возможности причащения вне полной Литургии. Это допускалось в Древней Церкви. Так, например, св. Иустин Мученик отмечает, что Св. Дары к не присутствовавшим посылаются через диаконов [20]. Древняя Церковь знала практику хранения Св. Даров на дому и самопричащения [21]. Она удерживалась впоследствии в монашеской практике [22]. Но, конечно, самопричащение, как и причащение больных, не могло заменить собою полной Литургии с ее соборной евхаристической жертвой и соборным причащением. Самопричащение допускалось "нужды ради", подобно тому, как в настоящее время допускается участие в анафоре и принесении даров без причащения или своего рода "духовное причащение" [23].
Соборный характер Евхаристии требовал совершения одной только Литургии в каждом городе [24]. Впоследствии отсюда возникает западная практика fermentum [25], посылаемого епископом в приходские храмы.
Эта соборность Евхаристии в Древней Церкви светила миру и его освящала. Участники Царства Христова в Храме за Литургией вдохновлялись желанием нести в мир любовь, радость и свет - для врачевания социальных болезней, уродующих прекрасный Божий мир. Вся жизнь христианина, освящаемая церковными таинствами, протекала около Евхаристии и освящалась ею, ибо все таинства были соединены с ней. Выходивший из купели возрождения, получавший блаженное право именовать Бога своим Отцом и запечатленный "печатью дара Духа Святаго" радостно в первый раз приступал ко Св. Чаше. У нее же соединялись во Христе вступавшие в брачный союз, получая церковное благословение [26]. Ради Св. Чаши несли долголетнее суровое покаяние грешники, которые так волновали церковную совесть. Благодатные дары священства и елеосвящения подавались за Литургией. На ней также совершались и другие священнодействия, например, пострижение в монашество [27], освящение мира [28].
Такова евхаристическая практика Древней Церкви. Евхаристия - радость в духовной жизни отдельного члена Церкви. Она - основа и благодатное вдохновение на подвиг восхождения по лестнице добродетелей. Она - "лекарство бессмертия, средство целебное, чтобы не умереть, но чтобы жить во Иисусе Христе постоянно". Она - обожение верующего во Христа, его теосис. Но Евхаристия имеет и соборный характер. Участие в ней - общее дело всех членов Церкви. И если кто-нибудь по какой-либо причине, чаще всего по небрежению к величайшему духовному сокровищу - Св. Дарам, по небрежению к своей обязанности члена Церкви и заповеди любви к другим членам Церкви, отказывался или уклонялся от этого общего дела, Церковь начинала беспокоиться и немедленно старалась выяснить причины этой духовной язвы, чтобы ее залечить. Этими заботами проникнуты правила соборов в послеконстантинову эпоху. Обращение Империи в Христианство привлекло в ряды Церкви многих номинальных христиан. "Из личного, чисто жертвенного подвига христианство для большинства людей превратилось в дело общественного приличия, а иногда даже и выгоды" (Митр. Сергий Московский). Духовная напряженность христиан ослабела, и создалось небрежное и недостойное отношение к Литургии. Учащаются случаи ухода из Церкви после чтения Священного Писания и проповеди. Это поведение огорчало св. Иоанна Златоуста. 2 правило Антиохийского Собора 341 года и 9 правило св. Апостол отлучают "не пребывающих на молитве и святом причащении до конца" или, как читается последнее правило в Славянской Кормчей 1787 года, согласно толкованиям Зонары и Аристина, "не пребывающих в Церкви до последней молитвы, не причащающихся" [29].
Затем вообще христиане перестали приходить к Литургии. Это небрежение к Евхаристии людей, "утративших крепость и теплоту веры и предавшихся делам и заботам мирским" [30], побудило Церковь принять решительные меры. 21 правило Ельвирского собора (305 г.), 11 правило Сердикского собора (343 г. ), повторенное 80 правилом Трулльского собора (692 г.) извергает из клира и отлучает клириков и мирян, "не приходящих к Литургии в три воскресные дня в продолжении трех седмиц". Но эти меры не оказали должного действия. Мы знаем, что в Византии иногда даже патриарх или император уходили из храма после чтения Евангелия [31]. Упадок духовной жизни продолжался и выражался в уклонении от участия в Литургии и причащении. Во времена св. Иоанна Златоуста [32] некоторые причащались один или два раза в год, несмотря на обличение святителя. Эту практику редкого причащения осуждает и преп. Кассиан. Против нее же направлены "ежедневные епитимьи для монахов", приписываемые преп. Феодору Студиту [33].
Происходят другие перемены в литургийной практике. Постепенно вводится тайное [34] чтение евхаристических молитв. Некоторые литургисты видят зародыш этой практики в 19 правиле Лаодикийского собора (343 г. ), что, однако, подвергается сомнению [35]. Тайное чтение анафоры распространяется в эпоху Юстиниана. Тщетно борется с этим нововведением император перед своей смертью, ссылаясь на послания св. Апостола Павла: "Повелеваем, чтобы все епископы и пресвитеры не тайно (sesiopimenon) произносили молитвы божественного приношения и святого крещения, но голосом (meta phonis), который был бы слышим верным народом, дабы умы слушающих возбуждались к большему угрызению совести... Приличествует молитве к Господу нашему Иисусу Христу, нашему Богу с Отцом и Святым Духом во всяком приношении и других службах возносить громко (meta phonis). Те, которые откажутся, дадут ответ у престола Божия, и мы, если узнаем, не оставим их без наказания" [36].
К VIII веку тайное чтение анафоры становится общепринятой практикой [37], хотя продолжаются недоумения, вопрошания и споры, отмечаемые литургистами, которые дают объяснение появлению заамвонной молитвы [38] как заменяющей для мирян анафору. "Некоторые стоящие вне алтаря часто приходят в недоумение, спорят между собой и говорят: какая цель, мысль и сила тихо читаемых архиереем молитв, и желают получить об этом некоторое понятие, то поэтому божественные отцы и начертали (заамвонную молитву), как бы сокращение всего, о чем было просимо (в продолжении Литургии) и таким образом сообщают желающим понятие о платье по бахроме" [39].
К VIII веку тайное чтение евхаристического канона, зародыш тихих месс, наблюдается и на Западе [40]. Высказывались разные предположения о причинах введения тайного чтения анафоры [41]. Предположение, что эта практика была принята для сокращения Литургии по той же причине, по которой, по свидетельству св. Прокла [42], св. Василий Великий и св. Иоанн Златоуст сократили анафору, не может быть признана убедительной, так как в эту эпоху начинается процесс удлинения Литургии оглашенных и возникает практика процессий перед Литургией, положивших начало нашим молебнам, которые в течение долгого времени совершались и теперь совершаются в некоторых местах перед Литургией, а не после нее. Нельзя согласиться и с догадкой Дюшена о трудностях громкого чтения молитв в больших храмах [43] или с гипотезой о недоразумении, возникающем от неправильного понимания слова mystikos, помещенного перед анафорой для указания какого-то особого таинственного способа ее чтения.
Едва ли правильна и гипотеза, что тайное чтение молитв возникло от сокращения числа причастников. Причащались за Литургией только священнослужители; они-то и читали анафору про себя, тайно [44].
Однако, несомненно, что тайное чтение связано с евхаристическим небрежением церковного народа. Евхаристия - таинство, которое вызывает у верующих священный трепет. "Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом". Этот трепет присущ Литургии во все времена. Но евхаристическое небрежение народа заставило отцов и литургистов сосредоточить преимущественное внимание на раскрытии необходимости благоговения, священного страха и трепета перед Св. Дарами, перед которыми Ангелы закрывают лица. К Св. Чаше должно приступать "со страхом и любовью". Священный трепет дополняет обычное чувство недостоинства и греховности. В Евхаристии Христос - rex tremendae majestatis [45]. У св. Иоанна Златоуста, отмечавшего со скорбью упадок евхаристического пафоса и горения, встречаются постоянные напоминания о необходимости священного трепета перед страшными Тайнами [46]. Намеки на эти настроения встречаются у св. Кирилла Иерусалимского [47]. Св. Иоанн Златоуст, в эпоху которого анафора, вероятно, читалась вслух [48], имел огромное влияние, в частности и в Сирии. И именно у сирийских писателей и литургистов особенно развиты мотивы священного трепета, которые почти отсутствуют в древних чинах Литургии, в Литургии Апостольских постановлений, в анафоре Серапиона Тмуитского и у отцов IV века, исключая упомянутых св. Иоанна Златоуста и св. Кирилла Иерусалимского. " В толковании на Литургию Феодора Мопсуэстийского (†428), данного им во второй книге Liber ad Baptizandos [49] - постоянно встречается эпитет "страшный", употребляемый в применении к таинству Евхаристии, жертве, Св. Дарам. Здесь же даются указания о мистериальном молчании. "Когда мы пребываем в молчании в великом почтительном страхе, священник начинает анафору" [50]. Серафимовский гимн поется всеми присутствующими... "и священник присоединяется громко к невидимым воинствам" [51]. "Священник читает тихо эти молитвы" [52]. О чувствах страха и трепета и о тихом - тайном - чтении анафоры говорит и несторианский писатель Нарсай (1502), основатель Низибийской школы, находившейся под сильным влиянием Феодора Мопсуэстийского. В своей 17 гомилии [53] он дает описание и истолкование современной ему Литургии, очень похожей, кроме анафоры, на несторианскую Литургию Фаддея и Мария [54].
Например, после Символа веры "священник приносит таинство искупления нашей жизни, исполненный трепета и облеченный страхом и великим ужасом. Священник пребывает в ужасе и великом страхе с трепетом по причине его долгов и долгов всех детей Церкви... Трепет и страх за себя и за народ лежат на священнике в этот ужасный час. В страшных условиях и служении он предмет ужаса даже для серафимов, сын праха предстоит в великом страхе, являясь посредником [55]. Страшный Царь, таинственно закланный и погребенный, и страшные стражи (ангелы), стоящие в страхе в честь их Господа. С такими мыслями предстоит священник для священнослужения, почтительно, с великим страхом и трепетом" [56]. Этими чувствами проникнут и возглас диакона.
"Глашатай Церкви и теперь возглашает и предупреждает каждого исповедать свои грехи Господу и просить Его в чистоте сердца. "Станем добре", он говорит "смотрите вашим умом на происходящее великое таинство, которое совершаете вы, смертные. Страшные Тайны освящаются руками священника. Пусть каждый пребывает в страхе и ужасе, пока это совершается. Священник уже приступил один к молению: молитесь и вы с ним, чтобы ваш мир увеличился через его посредство. Склоните к земле взор ваших умов и просите горячо. Возносите прошения всех Богу в этот час, полный трепета и великого страха". За этим следует призыв к молчанию. "Пусть никто не осмелится сказать ни одного слова устами... пусть молится сердцем, а не устами, и пусть он просит умом, а не языком" [57]. После возгласа "Горе имеем сердца" вся община хранит молчание, и все готовятся к пламенной молитве в своих сердцах. Священник безмолвствует, и диакон пребывает в молчании, весь народ спокоен и безмолвствует... Священник, уста Церкви [58], открывает свои уста и беседует тайно [59] с Богом, как с другом [60]. Конец молитвы произносится вслух. После серафимовского гимна, произносимого всем народом, "вся Церковь возвращается к молчанию, и священник начинает общение с Богом" [61]. В конце молитвы он возвышает голос, чтобы его мог услышать народ... и рукою благословляет Тайны... и народ своим "Аминь" способствует и соглашается с молитвой священника. Тогда глашатай Церкви призывает народ и говорит: "Молитесь мысленно. Мир вам"... [62]. Во время призывания Святого Духа "глашатай Церкви возглашает: в молчании и страхе стойте: мир вам. Пусть весь народ пребывает в страхе в тот момент, когда совершается таинство сошествия Святого Духа". Священник возвышает голос и знаменует рукою Святые Тайны [63].
У Феодора Мопсуэстийского и Нарсаи имеются первые сведения о тайном тихом чтении анафоры и мистическом евхаристическом молчании. Естественно предположить, что эта практика возникла в Сирии и распространилась первоначально по преимуществу в Восточной Сирии. На введение тайного чтения анафоры влияет и практика disciplina arcana, оберегающая святость и величие христианских таинств. Это ясно из ответа сирийского писателя Иакова, еп. Эдесского (640-708), на вопрос "Почему при закрытых дверях, с безмолвствием и по устному преданию совершались таинства" [64]. Вероятно, требования disciplina arcana и объясняют отсутствие установительных слов в толковании Феодора Мопсуэстийского, в чинах несторианской Литургии Фаддея и Мария и устную их передачу [65]. На введение практики тайного чтения анафоры безусловно повлияли, наконец, некоторые идеи, выраженные в Corpus Areopagiticum, в частности, "О церковной иерархии" [66]. Corpus появился, вероятно, в Сирии [67] в конце пятого века и был там очень популярен [68]. Его перевел на сирийский язык мистик Сергий Ришайнский (†536). Из Сирии Corpus попадает в Константинополь, находясь первое время под большим подозрением [69].
Литургия в книге "О церковной иерархии" чрезвычайно похожа или даже та же, что и у Нарсаи, с той только разницей, что в диптихи у Нарсаи включены и живые члены Церкви, а Символ веры положен после перенесения Даров на престол [70].
Одной из главных идей памятника "О церковной иерархии", положившего начало богослужебной символике, является учение о иерархической структуре, - о разных степенях ведения божественных тайн, полнота которых доступна только священноначальнику - епископу. Он то и передает низшим степеням, в частности, второму - "созерцательному" чину мирян - священному народу, в чувственных знаках - символах - доступное им ведение.
"Божественный иерарх, хотя и низводит благоволительно к подчиненным ему свое, единое само в себе, священноначальственное ведение, пользуясь многообразием священных символов, но тотчас же, как неуловимый и неудержимый для низших, без всякой перемены в себе возвращается к своему начальственному служению и, совершив мысленный вход к единому в себе, в чистом свете созерцает единовидный смысл совершаемых действий, оканчивая человеколюбивый исход на вторичное (дело служения) боголепнейшим возвращением к первейшим" [71].
Это отделение священноначальника от народа и мотив тайны подчеркивается при изъяснении Литургии, "таинства таинств", "совершеннейшего из таинств", "таинства собрания или общения". Например, "приобщившись и преподав богоначальное причастие (другим), (иерарх) обращается, наконец, к священному благодарению (вместе с народом, который участвует в благодарении, приникая к одним только божественным символам), а он сам, возводясь постоянно богоначальным Духом священноначальственно, в чистоте богообразного чина, к святым началам совершаемых (действий) в блаженных и мысленных созерцаниях" [72]. Или, как впоследствии перефразирует Георгий Пахимер, "толпа взирает только на божественные символы, так как не может рассуждать о чем-либо высшем, а сам иерарх возводится к тем первообразам - к самому честному Телу и Крови Господней, веруя, что предлежащие (символы) предложены в них (в истинное Тело и истинную Кровь) святым и вседействующим Духом" [73].
Эти взгляды на мистериальный характер Евхаристии способствовали укреплению начавшейся в Сирии практике тайного чтения анафоры и развитию тех настроений страха и трепета [74], которые особенно развиты в толковании Нарсаи, несомненно знакомого, если не с Corpus Areopagiticum, то во всяком случае с его основными идеями, которые носились, так сказать, в воздухе Сирии. Надо заметить, однако, что тайное чтение евхаристических молитв первоначально не означало отстранения верующих от участия в принесении евхаристической жертвы.
По Феодору Мопсуэстийскому, "священник - язык церковной общины" [75]. "Все мы составляем одно Тело Христа нашего Господа, и все мы члены один другого, и священник только исполняет обязанности члена, который выше других членов тела, как, например, глаз или язык... Как язык, он приносит молитвы всех... [76]. Все мы приносим дар со священником, и хотя последний и встает один, чтобы принести его, но он приносит его, как язык, за все тело. Таким образом, приносимый дар принадлежит всем, и он полагается перед всеми нами так, чтобы мы могли одинаково участвовать в нем" [77].
По Нарсаю, "вместе с прошением священник возносит молитву всего народа" [78], и это подтверждает и монофизит Иаков Серугский (†521), младший современник Нарсаи, говоря в своей гомилии: "Вместе со священником весь народ просит Отца, чтобы Он прославил своего Сына" [79]. В сирийских и персидских чинах Литургии, несмотря на тайное чтение евхаристической молитвы, подчеркивается участие в ней и мирян, благодаря приглашениям - возгласам диакона перед каждым разделом анафоры. Эти возгласы в совокупности образуют ектенью.
Хотя Corpus Areopagiticum, конечно, и не предполагал отрицать соборный характер великого "таинства собрания", но, вводя значительное различие между мирянами и священнослужителем, он ослабил у мирян сознание ответственности за евхаристическую молитву. В середине VI века Corpus распространяется по всему Востоку, проникает в Константинополь и имеет огромное влияние на последующее Византийское богословие. К Corpus пишет (530-540) схолии Иоанн Скифопольский [80]. С Corpusом распространяется и практика тайного чтения анафоры. Почва к этому была подготовлена учением св. Иоанна Златоуста о страхе и трепете, с которыми надо приступать к Св. Дарам, и великими христологическими спорами. Тщетно борется с новой практикой Юстиниан. Его новелла не остановила начавшегося процесса. Иоанн Мосх говорит о громком чтении анафоры как о явлении, наблюдаемом только в некоторых местах. Вводится торжественный Великий вход с его символикой, Херувимская песнь, полная страха и трепета [81].
К VIII веку практика тайного чтения, как уже отмечалось, становится всеобщей. Литургист последующих веков пишет: "Иерей приступает, входит в общение с ангельскими силами и стоит, как бы не на земле, но в пренебесном жертвеннике, перед страшным жертвенником престола Божия... [82]. Иерей с дерзновением приступает к престолу Божией благодати... Отверзая уста перед Богом и один собеседуя с Ним, и взирая на славу Господню уже не в облаке, как некогда Моисей в скинии свидания, но откровенным лицем. И посвящается он в боговедение и в веру Святыя Троицы, и втайне изрекает пред Богом тайны, в таинственных действиях возвещения тайны" [83].
После введения тайного чтения анафоры Литургия, конечно, осталась и не могла бы не остаться соборным богослужением, но с мирян как бы была снята ответственность за соборную евхаристическую молитву и жертвоприношение. Кроме начального диалога литурга и народа, вступления в анафору, восходящего к апостольскому веку, до мирян стали доходить только отдельные возгласы, большей частью придаточные предложения. "Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще"... "Твоя от Твоих Тебе приносяще, о всех и за вся". "Изрядно о Пресвятей Пречистей". Во время чтения анафоры народ слушает пение "Достойно и праведно", "Свят, свят", "Тебе поем", "Достойно есть" или задостойника. Пение хора разделило литурга и народ, и усилило пассивность последнего. Когда появился иконостас, то постепенно установилась практика чтения анафоры при закрытых святых или царских вратах, за исключением архиерейского служения [84].
Введение тайного чтения анафоры способствовало дальнейшему ослаблению евхаристического благочестия и жизни. Величайшая молитва Церкви - евхаристическая, которую в древности многие знали наизусть [85], стала забываться мирянами. Отсюда споры о ее содержании, отмечаемые литургистами. Большинство мирян не ощущает биения сердца Церкви, как оно слышится в анафоре, в которой слиты все молитвы Церкви "о всех и за вся", о преображении мира и о Царстве Божием. Анафоры литургий, и между ними молитва св. Василия Великого, поражают размахом всемирного космического моления, в которое вливаются благодарения и прошения определенных членов Церкви, глубиной и силой благодатной любви Церкви, точностью и пластичностью догматических формул. Этот гимн соборной молитвы не доходит до слуха и сознания верующих. Для многих утеряно понимание жертвенного характера Евхаристии и сознание ответственного участия в возношении анафоры, хотя просфоры и подача записок за живых и умерших (древние диптихи) свидетельствуют об этой стороне евхаристического общего дела [86]. Многие молящиеся в храме во время анафоры молятся своей самостоятельной, а не соборной молитвой, благодарят Бога за свои радости, несут к Нему свои скорби и просят у Него помощи в своих нуждах. Собрание верующих, к великому сожалению, не сознает себя единодушным и единомысленным и единым перед дискосом, на котором вся Церковь и мир окружают Главу - Христа. В отношении мирян к Евхаристии и Литургии наблюдается элемент соборного, социального распада, который усугубляется грехом редкого причащения. Это есть соучастие в социальном грехе, грехе нелюбви к ближнему.
Распад соборности на практике чувствуется и в способе причащения. Прежде священнослужители и народ причащались вместе. Теперь же священнослужители причащаются при закрытых царских вратах, задернутых завесою. Алтарь в это время, по истолкованию литургистов - Сионская горница, из которой миряне исключены. Во время причащения священнослужителей хор поет киноник - причастен, который в Древней Церкви пел причащавшийся народ [87]. Например, "Тело Христово примите, источника бессмертнаго вкусите". "Вкусите и видите, яко благ Господь". Впоследствии причастен стал варьироваться по дням и праздникам. Теперь он "поется для того, чтобы поддержать в предстоящих благочестивое настроение и занять их внимание на это время" (причащения священнослужителей) [88]. Это объяснение русского литургиста свидетельствует об упадке евхаристического благочестия, так как в Древней Церкви не надо было занимать верующих, когда они предстояли перед Евхаристическим Христом. Об этом же упадке говорит и произносимая часто после причастного стиха проповедь [89], или пение "концерта" или стихир, ирмосов канонов, содержание которых очень часто весьма далеко от переживаемого момента, когда на престоле царствует Христос, и христиане участвуют в мессианском царстве - образе и предвосхищении "невечернего дня Царствия Христова", когда удобнее евхаристическое молчание.
Литургия для многих потеряла значение главнейшего центрального богослужения - радости церковной общины, которая готовилась к нему через участие во всех богослужениях суточного круга. Для многих, зачарованных красотами библейских элементов богослужения и поэзией великих духоносных церковных гимнографов, Литургия отходит на второй план перед всенощным бдением. Литургия обросла дополнительными последованиями - сокращениями утрени - молебнами и панихидами, которые в сознании верующих часто заслоняют жертвенно-умилостивительный характер Евхаристии.
Причащение стало редким. Для большинства оно оказывается замененным антидором [90]. Верующие причащаются раз в год. Причащение тесно связано с говением и таинством покаяния [91]. В этом заключается великая духовная правда. "Да испытывает себя человек и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет от чаши сей. Ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем" (1 Кор. 11, 28-29). Возглас ("Учение 12 апостолов") - "если кто свят - пусть приступает, если же нет - то пусть покается", звучит во всех Литургиях. "Святая Святым". Св. Иоанн Златоуст, выражая пламенное желание, чтобы его пасомые возможно чаще приступали к Святым Тайнам [92], требует причащения "с чистой совестью, с чистым сердцем, с безукоризненною жизнию [93], в величайшем единомыслии и с пламенною любовию [94], с трепетом и во всякой чистоте" [95]. Христианин в день своего духовного возрождения и запечатления печатью Св. Духа призывается к такой жизни, при которой он имел бы возможность, хотя и с глубоким сознанием своей греховности и недостоинства, возможно чаще приступать "со страхом Божиим и любовию" ко Св. Чаше и участвовать в молитвах святого возношения.
Древняя Церковь оберегала святость Евхаристии и явных грешников отлучала от Святой Чаши на долгое время, иногда до самой смерти. Впоследствии суровый устав покаянной дисциплины был ослаблен в связи с общим падением духовной жизни христиан. Возникшее монашество имеет огромное влияние на жизнь мирян. В монастырях Литургия совершалась один-два раза в неделю [96], а все остальное время уходило на приготовление к таинству и на подвиг очищения сердца великими подвижническими "потами и трудами". В монастырях потребности напряженной духовной жизни создали практику почти ежедневной исповеди в двух формах: старческой и сакраментальной. Отсюда возникает тесная связь причащения с исповедью, которой не знала Древняя Церковь, следовавшая правилу "совесть человека есть руководящее правило для причащения Божественных Тайн" [97]. Новая практика из монастырей была перенесена и в мирянскую среду [98] с той только разницей, что для иноков состояние приготовления к причащению было постоянным, а миряне стали приступать к причащению все реже и реже, находя предлог для извинения своего духовного нерадения и греха в необходимости особого приготовления [99], забыв призыв св. Кирилла Иерусалимского, обращенный к просвещаемым, - "не отторгайте себя от причащения; не лишайте себя священных и духовных сил Тайн ради греховной скверны". Забылись и слова преп. Иоанна Кассиана: "Мы не должны устраняться от причащения Господня из-за того, что сознаем себя грешниками. Но еще более и более с жаждою надобно прибежать к нему для уврачевания души и очищения духа, однако ж с таким смирением духа и верою, чтобы, считая себя недостойными принятия такой благодати, мы желали более врачевства для наших ран. Со смирением сердца, по которому веруем и исповедуем, что мы никогда не можем достойно прикасаться Святых Тайн, в каждый воскресный день принимали их для уврачевания наших недугов, нежели, превознесшись суетным убеждением сердца, верить, что мы после годичного срока бываем достойны приятия их" [100].
Но еще во второй половине XI века митрополит Киевский Иоанн II (†1089), вероятно, следуя константинопольской практике, в своей "Заповеди святых отец к исповедующимся сынам и дщерям" говорит о причащении в великие праздники, во все воскресные дни Св. Четыредесятницы [101], всего насчитывая до 22 дней [102]. Однако, видимо, ввести или удержать практику частого причащения было весьма трудно [103].
В XV веке Симеон Солунский, следуя практике Древней Церкви, советует приступать к Св. Чаше "даже, если можно, и в каждую неделю" [104].
Редкое причащение наблюдалось не только в Русской Церкви, но и в других частях Вселенской Церкви, например, на Балканах. Здесь часто из-за отсутствия причастников приходилось наблюдать сокращение или почти незаметное окончание Литургии. Собственно говоря, она для молящихся заканчивается причащением священнослужителей, за которым следует проповедь, раздача антидора и целование креста. Заключительная же часть Литургии проходит незаметно для народа и в стороне. Не раздается призыв на брачную вечерю Агнца, а если и раздается, то остается для подавляющего большинства, почти для всех молящихся "гласом вопиющего в пустыне".
Конечно, души, живущие напряженной духовной жизнью, чувствуют евхаристическую жажду и голод. "Как лань желает к потокам вод, так желает душа моя к Тебе, Боже". К сожалению, практика редкого причащения оказалась для многих возведенной чуть ли не в степень канонического "правила". "Развилась излишняя и уже нездоровая мнительность, боязливость, которая иногда заходит уже слишком далеко и нередко отгоняет членов Церкви от причастия на много лет" (Митр. Сергий). Известны печальные факты отказа со стороны священников в частом причащении или недопущении к Св. Чаше в "светозарную ночь" Св. Пасхи, хотя в некоторых случаях это отношение и может быть объяснено ревностью о достойном причащении и борьбой с небрежным отношением к таинству, выражающемся в легкомысленном желании поскорее "отговеть" в Пасхальную ночь.
Конечно механическое и насильственное введение ежедневного причащения без соответствующей духовной подготовки может создать для мирян духовную опасность "небрежного и невнимательного приступания ко Св. Таинству". Частое причащение тесно связано с общим духовным состоянием членов Церкви.
Мысль невольно обращается к практике Древней Церкви, к ярко выраженному соборному характеру ее Литургии, потускневшему от человеческого небрежения к великим благодатным Дарам и радости, данным верующим во Христа в Сионской горнице на Тайной вечери и в великий день Пятидесятницы, и к ослаблению сознания ответственности всех членов Церкви за участие в принесении евхаристической жертвы и соборном причащении, ответственности за судьбы Церкви и за зодчество Царства Божия на земле. Вспоминается проникновенное предупреждение св. Иоанна Златоуста, "чтобы мы не возлагали на одних священников, но и сами пеклись о всей Церкви, как о теле, всем нам общем. Это послужит и к большему утверждению и нас побудит к большему преуспеянию (в добродетели). В Церкви должно жить как в одном доме, как составляющие одно тело, все должны быть расположены друг ко другу... Слез достойно настоящее наше состояние. Так далеко отторгнулись друг от друга, между тем как надлежало бы изображать собою одно тело" [105].
И путеводной яркой звездой сияют огненные слова евхаристических молитв. Как небесная музыка звучат слова анафоры Св. Василия Великого: "Нас же всех от Единаго Хлеба и Чаши причащающихся, соедини друг ко другу, во едино Духа Святаго Причастие... Всех нас прими в Царство Твое, сыны Света и сыны дне показавый, Твой мир и Твою любовь Даруй нам... И даждь нам едиными устами и единым сердцем славити и воспевати пречестное и великолепное Имя Твое, Отца и Сына и Святаго Духа".
=================
[1] См., например: Lietzmann H. Messe und Herrenmahl. Bonn, 1926; Карабинов И. Евхаристическая молитва. СПб., 1908; Gavin F. The Jewisch antecedent of the Christian Sacraments. London, 1928. C. 6097.
[2] Священнейшая Евхаристия - узы любви. Св. Иоанн Златоуст. Беседа 11 на Деяния. Полное собрание творений. Т. IX. 1903. СПб., С. 355.
[3] Интересны статьи Gibbins H. J. The problem of the liturgical section of the Didache. The Journal of theological studies. Vol. 36 (Oct. 1835), pp. 373386; Middleton R. D. The Eucharistic Prayers of the Didache. Ibid. (Juli), pp. 259267.
[4] Собрание древних литургий. Вып. I. СПб., 1874. С. 4043.
[5] Подробнее см. : Петровский А. Древний акт приношения вещества для таинства Евхаристии и последование Проскомидии. Христ. Чтение, 1904. Т. CCXVII, ч. I. С. 406 и след.
[6] Св. Ириней Лионский. Contra Haer., 1. 4. с. XVIII. Собрание древних литургий. Вып. I. С. 46.
[7] Св. Иустин Мученик. Ibid. С. 42.
[8] De Oratione. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 58; Молитва перед целованием мира, Сирийская Литургия Иакова. Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 24; Сирийская Литургия Василия Великого. Вып. 2. С. 86. Александрийская Литургия св. Марка. Вып. 3. С. 29;. Эфиопская Литургия. Вып. 3. С. 99; Коптская Литургия. С. 5354; Армянская Литургия. Вып. 2. С. 200201; Мозарабская Литургия. Вып. 4. С. 144; Молитва перед целованием в русских рукописных служебниках, начиная с XIV в. ; Орлов М. Н. Литургия св. Василия Великого. СПб., 1909. С. 159.
[9] Иерей целует покрытые дискос и потир, и край престола.
[10] 1 Кор. 14, 16; Чины древних литургий. Иустин Мученик. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 40; Св. Дионисий Александрийский. Из письма к Сиксту, еп. Римскому. Церковная история Евсевия, кн. VII, 9. Собрание древних литургий. С. 69 и др.
[11] Св. Игнатий Богоносец. К Смирнянам. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 39.
[12] "Мы должны благодарить... воспоминаем... повторяем... умоляем... воспоминаем... повторяем... " Св. Кирилл Иерусалимский. Пятое тайноводственное слово. Творения. СПб., 1913. С. 248-249.
[13] Св. Иоанн Златоуст. Толкование на Второе послание к Коринфянам. Беседа 18, 3. Творения в русском переводе. Т. X, кн. 2. СПб., 1904. С. 632-633.
[14] Собрание древних литургий. Вып. 2. СПб., 1875. С. 26-37; Brightman. С. 87-96; Сирийская Литургия Св. Василия Великого. Ibid. С. 89-101; Коптская Литургия св. Кирилла Александрийского. Ibid. Вып. 3. С. 54-70; Эфиопская Литургия. Ibid. С. 99-108; Мозарабская Литургия. С. 140-149.
[15] См. мученические акты св. Перепетуи. Ее сон. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 75.
[16] Возглас диакона в армянской Литургии "Целуйте друг друга лобзанием святым, и те из вас, которые не могут причаститься сего божественного таинства, да выйдут за двери" (Вып. 2. С. 200). Возглас в коптской Литургии св. Кирилла Александрийского - "непричащающиеся, изыдите" (Ibid. Вып. З. С. 99).
[17] Скабалланович М. Толковый Типикон. Вып. 1. Киев, 1910. С. 164.
[18] Св. Василий Великий. Творения. Изд. 3, ч. 6. С. Посад, 1892. С. 201.
[19] Скабалланович М. Op. cit. С. 165.
[20] Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 40, 42.
[21] Например: Причащение Серапиона. Церковная история Евсевия. Кн. VI, гл. XLIV. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 68.
[22] Например: Алмазов А. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви. Т. II. Одесса, 1894. С. 116-123.
[23] См. : Дмитриевский И. Историческое, догматическое и таинственное изъяснение на Литургию. Москва, 1823. С. 244-245. (Прим. автора).
[24] "Старайтесь иметь одну Евхаристию: ибо одна плоть Господа нашего Иисуса Христа и одна чаша в единение Крови Его. Один жертвенник, как и один епископ с пресвитерством и диаконами". Св. Игнатий Богоносец. К Филадельфийцам. Гл. IV. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 38-39.
[25] закваска (лат. )
[26] Покровский И. Брачные молитвы и благословения Древней Церкви (IХ вв. ). Сборник статей в память столетия Московской Духовной Академии. 1913. П. С. 577-592.
[27] Большой Требник; Пальмов Н. Пострижение в монашество. Киев, 1914.
[28] Мансветов. Церковный Устав. Москва, 1855. С. 240.
[29] Никодим (Милаш). Правила Православной Церкви с толкованиями. Т. 1. СПб., 1911, С. 69.
[30] Св. Прокл. Слово о Предании божественной Литургии. Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 237.
[31] Голубцов А. Соборные чиновники и особенности служб по ним. Москва, 1907. С. 179, прим. 1.
[32] Например: Св. Иоанн Златоуст. Беседа пятая на Первое послание к Тимофею. Творения. Т. XI, кн. 2. 1905. С. 656-657. Беседа 17 на Послание к Евреям. Т. XII, кн. 1. 1906. С. 153-154.
[33] Н. Гроссу. Преподобный Феодор Студит. Его время, жизнь и творения. Киев, 1907. С. 296-299:6. О том, кто по неведению не причащается. - Тот, кто свыше 40 дней без епитимий оставался без причастия, должен указать причину и, если окажется, что делал это по небрежности, должен подвергнуться епитимий в течение 40 дней. 41. Если кто в день Литургии не причащался, тот должен указать причину, а если не укажет, то должен поститься до вечера, делая 50 поклонов. 62. Монах или мирянин, не находящийся под епитимией и по своей небрежности сорок дней не приступивший к причастию, должен быть отлучен от Церкви на (один) год. Творения преподобного отца нашего и исповедника Феодора Студита в русском переводе. СПб., 1908. Т. II. С. 848, 850, 852.
[34] Греч. mystikos; Сир. gehontho.
[35] Например: Brightman. С. 520, прим. 9.
[36] 6 глава 137 Новеллы Юстиниана 26 марта 565 года. Греческий текст у Mommsen'a. Corpus juris civilis. III, 1896. С. 695-699; Brightman, Liturgies Eastern and Western. Oxford, 1896. C. 533: 1923. "Дабы души слушающих приходили от того в большее благоговение". Новелла дошла в двух редакциях: 1) оригинальный текст у Mommsen'a; 2) Смешанный текст новелл 123 (1 мая 546 г. ) и 137 (26 мая 565 г. ), в котором новелла 137 частями включена в новеллу 123. P. L. 72. 1019-1039.
[37] Указание на чтение mystikos в Барбериновом (VIII-IX вв. ) и Порфириевом (VIII-IX вв. ) Евхологиях. Орлов М. Н. прот. Литургия Св. Василия Великого. СПб., 1909.
[38] Она употребляется в VIII-IX веках. - Барберинов Евхологий. Ibid. С. 302, 322-381.
[39] Феодор, еп. Андидский (XI век. - Красносельцев Н. Ф. О древних литургических толкованиях. Одесса, 1894. С. 11-13); Краткое рассуждение о тайнах и образах божественной Литургии, составленных по просьбе боголюбезного Василия, епископа Фитийского (перевод Красносельцева. Православный собеседник. 1884. Гл. I. С. 413. Пространная редакция (после X века) (по Н. Красносельцеву. О толкованиях. С. 9) "Последовательного изложения церковных служб и обрядов". Св. Германа, патриарха Константинопольского (715-732). Писания св. Отцов и Учителей Церкви, относящиеся к истолкованию богослужения. Т. I. СПб., 1855. С. 425.
[40] Впервые в Ordo Romanus II. Mabillon. Museum Italicum, II. С. 48. 41
[41] Голубцов А. О причинах и времени замены гласного чтения литургийных молитв тайным. Богословский Вестник. 1905. Т. III. С. 69-75; Слово о предании божественной Литургии. Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 23-58.
[42] Слово о предании божественной Литургии. Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 23-58.
[43] Английский пер. Christian Worship. Its origin and evolution. Ed. 5. London, 1927. С 117-118.
[44] Гавриил архим. Руководство по литургике. Тверь, 1886. С. 104. Неясно, как же быть с диаконами, которые причащаются, но молитвы не слышат.
[45] царь приводящего в трепет величия (лат. )
[46] Например: Жертва страшная. (Св. Иоанн Златоуст. Творения. Т. I. С. 462; Т. V. С. 484); страшная и таинственная, т. VI. С. 384; страшная и ужасная, т. X. С. 240; Евхаристия - таинство страшнейшее. Т. I. С. 417; страшное и спасительное, т. VII. С. 289. Еще подробнее: Edmund Bishop. Appendix к Texts and Studies. Vol. VIII, № 1. C. 94-95, прим. 2.
[47] "Ибо действительно в оный священный час должно иметь сердце устремленным к Богу". Св. Кирилл Иерусалимский. Творения. С. 247.
[48] "Если ты будешь благословлять на языке иностранном, то простолюдин не может отвечать "Аминь"; не слыша окончательных слов "во веки веков", он не скажет "Аминь". Св. Иоанн Златоуст. Беседа 35 на Первое послание к Коринфянам. Творения. Т. X, кн. 1. СПб., 1904. С. 358.
[49] Называемой иногда восточно-сирийскими писателями "Книгой о таинствах". "Commentary of Theodor of Mopsuestia on the Lord's Prayer and on the Sacraments of Baptism ant the Eucharist" by A. Mingana. Woodbrooke Studies, vol. VI. Cambridge, 1933. Английский пер. С. 70-123.
[50] Ibid. С. 99.
[51] Ibid. С. 102.
[52] Ibid. С. 105.
[53] Texts and Studies, v. VIII, № 1. Cambridge, 1909. С. 145; Об авторстве Нарсаи, см. Ibid. R. H. Connolly. С. XIIXLI и КС. Burkitt. The MSS, of "Narsai on the mysteries". The Journal of theological Studies. 1928. P. 269 ff.
[54] Собрание древних литургий. Вып. 4. С. 12-33.
[55] "Горе мне, горе мне" и пр. (Ис. 6, 5) в Литургии Фаддея и Мария. Вып. 4. С. 21.
[56] Texts and Studies, VII, № 1. С. 7.
[57] Ibid. С. 10. Возглас диакона в сирийской Литургии Иакова: "Будем стоять со страхом и трепетом... Мы стоим на месте страшном и ужасном и предстоим с херувимами и серафимами". Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 26.
[58] Толкование Феодора Мопсуэстийского, Woodbrooke Studies. С. 93, 100. Можно указать и другие параллели и примеры влияния Феодора на Нарсаи.
[59] Beraza - частно.
[60] Texts and Studies. Vol. VIII, № 1. Cambridge, 1909. С. 12.
[61] Ibid. С. 13.
[62] Ibid. С. 18.
[63] Ibid. С. 22. Возглас диакона в сирийской Литургии Иакова перед призыванием: "Как страшен настоящий час. Как ужасно, возлюбленные мои, то время, в которое живой и святой Дух приходит с горних высот небесных. Присутствуйте же со страхом и трепетом". В кафолике после анафоры: "Вот время страха, вот час трепета. Горнии предстоят со страхом и служат со трепетом; сынов света объемлет ужас... Трепещите, служители Церкви, совершая священнодействие живого огня... Диаконы, стойте с трепетом". Собрание древних литургий. Вып. 2. С. 30, 38.
[64] Иаков, еп. Эдесский. Письмо к Фоме Пресвитеру о древней Сирийской Литургии. Собрание древних литургий. Вып. 3. С. 113-114.
[65] Установительные слова в опубликованной Brightman анафоре взяты из фрагментов Rev. A. J. Maclean, полученных в Курдистане. Они были в эпоху Нарсаи и впоследствии, вероятно, были исключены. Lietzmann. Die Messe und Herremahl. С. 33.
[66] Например: Книга о церковной иерархии. Писания св. Отцов и Учителей Церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения. Т. 1. СПб., 1855. С. 9246 (с толкованиями Георгия Пахимера (1240-1310) и примечаниями преп. Максима Исповедника).
[67] Например: в Эдессе или соседней области (Westcott). Первым цитируем Corpus Север Антиохийский в 513 году.
[68] Например: сирийская анафора с именем Св. Дионисия Ареопагита.
[69] См., например: Болотов В. В. Лекции по Истории Древней Церкви. Т. IV. Петроград, 1918. С. 376.
[70] См. подробнее: Edmund Bishop. Appendix к Texts and Studies. Vol. VIII, № 1. C. 112.
[71] Писания св. Отцов и Учителей Церкви, относящиеся к истолкованию богослужения. Т. 1, С. 75.
[72] Ibid. С. 72.
[73] Ibid. С. 109.
[74] Интересно, что в некоторых списках греческой Литургии св. Иакова, молитва "при внесении св. Даров" надписывается именем Дионисия Ареопагита; "Вступив на страшный помост Твой, Господи, мы ужасаемся, приступая к святой трапезе Твоей, и, находясь близ страшного Твоего седалища, трепещем и содрогаемся членами, принося неприступную жертву... Посему мы страшимся и трепещем от страха". Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 162, прим. Подробнее о ней: Петровский А. Апостольская Литургия Восточной Церкви. СПб., 1897. С. 37-39.
[75] Woodbrooke Studies. С. 100.
[76] Ibid. С. 90-91.
[77] Ibid. С. 93.
[78] Гомилия XXI (с). Texts and Studies. С. 57.
[79] Ibid. С. 149.
[80] По мнению С. Епифановича, известные под именем Преп. Максима Исповедника. Если Иоанна Скифопольского можно отождествить с Иоанном III Схоластиком, Константинопольским патриархом (565-577) ( Соколов И. Православная Богословская Энциклопедия. Т. VII, столб. I), при котором была введена, а, по мнению еп. Порфирия Успенского (Первое путешествие в Афонские монастыри II, отд. I. С. 452-453), которым была составлена Херувимская песнь, то влияние Corpus'a становится очевидным.
[81] "Диаконы выносят это приношение, или символ приношения, которое они помещают на страшном алтаре... Мы должны думать о Христе, ведомом в это время на страдание"... "Мы должны думать, что диаконы, несущие евхаристический хлеб для жертвоприношения, представляют образ невидимых сил... Когда они полагают хлеб на святом престоле... мы думаем о Нем, как помещенном в гробнице после страстей. Вот почему диаконы, распространяющие на престол покровы, представляют ими погребальную плащаницу". Феодор. Woodbrooke Studies. С. 85, 86; Нарсай, "Будем взирать на Иисуса, ведомого на смерть за нас". Поставление Даров на престол - символ погребения. Диаконы - ангелы, охраняющие страшную тайну Царя царей. Texts and Studies. С. 34; 55-56; Песнь "Да молчит всякая плоть человека и да стоит со страхом и трепетом... " - введенная в употребление, вероятно, более или менее одновременно с Херувимскими песньми "Иже херувимы" (по Кедрину в 573 г. ) и "Ныне силы небесные" (в 615-620 гг. ). О неправильном понимании Великого входа, см. Евтихия Константинопольского (†582). Слово о Пасхе и Евхаристии. Собрание древних литургий. Вып. 4. С. 65.
[82] Св. Германа Константинопольского "Последовательное изложение церковных
служб и обрядов". Писания св. Отцов и Учителей Церкви. Т. 1. С. 400.
[83] Ibid. С. 402.
[84] 3авеса перед Символом веры на время евхаристической молитвы отверзается. Царские врата, исполняющие ту же функцию что и завеса (именно им предназначено затворять алтарь на время, когда задергивается завеса, которая заменяет древнюю завесу кивория), остаются закрытыми. В греческих храмах царские врата - невысокие, погрудные. Наши большие высокие царские врата появились в XVI веке впервые при ремонте митр. Макарием Новогорского Софийского собора в 1528 году. Подробнее: Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. Т. 1, полутом II. Москва, 1904. С. 197-198; Андреев Н. Митрополит Макарий, как деятель религиозного искусства. Seminarium Kondakovianum. Прага, 1935. С. 233.
[85] Например: "В иных местах священники имеют обычай громко произносить молитвы св. возношения, почему, часто слыша, дети могли знать их наизусть". Чудо, происшедшее с детьми в Апамее, произнесшими во время игры слова св. возношения. Луг Духовный, гл. 196. Русск. пер. С. Т. Лаврова. 1896. С. 242; ср. брат, хорошо знавший чин св. возношения... Старец установил правило, чтобы никто из нерукоположных не заучивал слов св. возношения, гл. 25. Об одном из братии монастыря Хузина. Ibid. С. 30-31.
[86] Здесь, однако, надо отметить с сожалением недостаточно внимательное отношение мирян к проскомидии, ее жертвенно-умилостивительному характеру. Редко кто из мирян присутствует в храме во время проскомидии, а если и присутствует, то внимает чтению часов. На Афоне во время часов в нужный момент раздается звон колокольчика, и монахи начинают читать поминания, диптихи, свои и монастырские.
[87] Например: Литургия Апостольских постановлений - псалом 33. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 134; другие гимны - Ibid. Вып. 2. С. 43; вып. 4. С. 113; вып. 4. С. 156... Подробнее у М. Скабаллановича. Толковый Типикон. Вып. V. Киев, 1915. С. 49-50; Православная Богословская Энциклопедия. Т. X, столб. 16-18.
[88] Например: Виссарион еписк. Толкование на божественную Литургию. Изд. 4. СПб., 1895. С. 263.
[89] Ее место в Древней Церкви было после чтения Св. Писания. Например: Иустин Мученик. Собрание древних литургий. Вып. 1. С. 42; Литургия Апостольских Постановлений. Ibid. С. 97.
[90] Впервые упоминается в списке XI века "Изъяснение на Литургию" Св. Германа Константинопольского. А. Петровский. Православная Богословская Энциклопедия. Т. 1, столб. 796.
[91] Об этой практике говорит постановление Кипрского собора (1620 г. ), по которому священник должен опрашивать приступающих ко Св. Чаше, исповедовали ли они грехи и какому духовному отцу. Богословский Вестник. 1905. Апрель. С. 754, прим. 1.
[92] Св. Иоанн Златоуст. Творения. Т. XII, кн. 1. С. 54.
[93] Св. Иоанн Златоуст. Творения. Т. XII, кн. 1. С. 153.
[94] Там же. Т. VI. С. 308.
[95] Там же. Т. VI. С. 309.
[96] Скабалланович М. Толковый Типикон. Вып. 1. С. 210-211, 222, 227, 242. В монастыре Аполлоса ежедневно. Ibid. С. 220.
[97] "О том, как и каким образом, при отсутствии священника, следует причащаться". Суворов Н. К вопросу о тайной исповеди. Изд. 2. Москва, 1906. С. 3.
[98] Смирнов С. Исповедь и покаяние в древних монастырях Востока. Богословский
Вестник. 1905. Апрель. С. 746-754.
[99] Св. Кирилл Иерусалимский. Пятое тайноводственное слово 23. Творения. 1913. С. 252.
[100] Писания преподобного отца Кассиана Римлянина. Изд. 2. Москва, 1882. С. 605.
[101] Практика некоторых князей. Голубинский И. История Русской Церкви. Т. 1, ч. II. Москва, 1904. С. 434, пр. 1.
[102] § 9. Ibid. С. 534, 433. Предположение Алмазова А. Тайная исповедь. Т. II. С. 365-366 и мнение Смирнова С. Древнерусский Духовник. Москва, 1913. С. 5, прим. 3; С. 291 (прил. ), прим. 1.
[103] Доброклонский А. Руководство по Истории Русской Церкви. Вып. 1, изд. 2. Рязань, 1889. С. 98.
[104] Разговор о священнодействиях и тайнах церковных. Писания св. Отцев и Учителей Церкви. Т. II. СПб., 1856. С. 519.
[105] Св. Иоанн Златоуст. Творения. Т. X, кн. 2. С. 663.
АРХИМАНДРИТ АЛЕКСИЙ (ФЕДОРОВ),
настоятель Свято-Успенского кафедрального Собора (Украина, г. Херсон).
Об авторе
Архиепископ Ионафан (в миру Анатолий Иванович Елецких [560]) - правящий архиерей Херсонской епархии УПЦ (Московский Патриархат), известный церковный композитор. Он родился в январе 1949 года в Воронежской области России (ныне Белгородская). Эти земли искони были заселены смешанным людом: государевыми стрельцами, русскими поселенцами, а на юге и юго-востоке - донскими казаками, бежали туда от крепостного права и белорусские и украинские крестьяне. Слободской край славится удивительным многоголосием национальных культур России и Украины. Только там, да еще в Архангельской области, можно было ещё недавно услышать привольную хоровую вязь русского многоголосия.
Родовые корни владыки ведут в черниговско-орловские, воронежско-белгородские земли, на брянщину, а также на Дон - к казакам. Дед владыки по матери (Семён) происходил из старообрядческого рода (г. Новозыбков, Брянской области, Россия), а прабабка - из Владимирской губернии. Дед по отцу (Фёдор Елецкий) вел свое родословие от ветви рода воеводы - князя Федора Елецкого по прозвищу Кривой (Хромой).
В трудные послевоенные времена, проживая много лет на крайнем Севере (г. Североморск, Мурманская область, Россия), родители (отец Иван Фёдорович и мать Ольга Семёновна) как могли старались приобщить четверых детей (Анатолия, Антонину, Александра и Вячеслава) к музыке, обучая их частным образом игре на аккордеоне. Любовь к народной песне привили отроку Анатолию его бабушка по матери - Ольга Михайловна (Тамбовская область) и его няня Наталья Самокрутова - кладезь народной воронежской песни. После переезда семьи в Киев (1961 г. ) неизгладимое впечатление произвело на юношу и пение хора Владимирского Собора (регент П. Толстой) с его особенной напевностью и душевностью, присущими украинскому исполнительскому хоровому стилю, а мощный льющийся лирико-драматический тенор этого хора (Михаил Ульяницкий - замечательный артист киевского Оперного театра), оставил в душе будущего композитора глубокое впечатление.
По признанию владыки Ионафана, ещё будучи шестнадцатилетним юношей, он сподобился духовно пережить удивительное явление необычайного Живого Света, Который он воспринял душой, как Свет Радости и, благодаря Которому, Бог открылся ему как Живая Любовь, Благо и Личность. После этого чудесного явления он ночью в частном доме, в тайне от родителей принял Святое Крещение от известного киевского священника о. Алексея Глаголева и с тех пор долгие годы вторым "родным домом" будущего владыки станет церковный клирос православного храма, где он пройдет "азы" церковной службы. Петь в те годы на клиросе приходилось, прячась за спинами взрослых хористов, так как в стране господствовал государственный атеизм и существовала система гласных и негласных ограничений и даже репрессий против любого вида инакомыслия, в том числе и религиозного.
Духовно-музыкальное творчество автора как церковного дирижера и композитора началось в начале 70 годов ХХ столетия на берегах Невы, в Санкт-Петербургской Духовной Академии и Семинарии (бывшая Ленинградская Духовная Академия и Семинария - ЛДА и С), в которой он шесть лет обучался богословию, а затем трудился около десяти лет в должности регента хора студентов Духовных школ. Исполнял послушание иподиакона Митрополита Ленинградского и Новгородского Никодима (Ротова), который постриг его в монашество с именем Ионафан. В священный сан был рукоположен Епископом Выборгским Кириллом (Гундяевым), Ректором ЛДА и С. Музыкальное образование по специальности "регент хора" он получил в регентском класее при ЛДА и С, которым руководил профессор Н. Д. Успенский, известный музыковед, Доктор Церковной истории. Регент митрополичьего хора Николо-Богоявленского Морского собора и преподаватель гармонии и дирижирования Юрий Петрович Юренев, протодиакон Павел Петрович Герасимов - регент архиерейского хора Троицкого собора Александро-Невской Лавры, непосредственно знакомили учащихся Регентского класса с опытом управления церковным хором. Замечательные педагоги-вокалисты Андрей Александрович и Людмила Владимировна Ильинские усердно и успешно "воспитывали" голоса будущих регентов, дьяконов и священников. С благодарностью вспоминает Владыка и замечательного педагога по классу дирижирования в Регентском отделении духовных школ, глубокого исследователя музыкального наследия Дм. Бортнянского Леонида Александровича Григорьева, а также прекрасного знатока русского церковного Осьмогласияи и музыкального творчества А. Архангельского, заведующего Регентского отделения при С. Пб. Духовных школах Михаила Ивановича Ващенко и др.
Более двенадцати лет репетиционный зал Академической Капеллы им. Глинки, что на Мойке в Санкт-Петербурге, был для автора сборника "Осанна" школой обучения высокому мастерству профессионального пения: ею руководил замечательный художественный руководитель и дирижер (впоследствии и многолетний ректор Санкт-Петербургской консерватории), Владислав Александрович Чернушенко, с которым автора связывала многолетняя творческая дружба. Среди профессоров Духовной академии в то время были живы выпускники Санкт-Петербургских Императорских Духовных Школ, к примеру, почтенный профессор-протоиерей о. Михаил Сперанский. Многие сведения о богослужебных традициях старого Петербурга почерпнул студент Анатолий Елецких из уст выпускника 1906 года Придворной Певческой Капеллы, бывшего преподавателя Церковного пения и регента семинарского хора духовного композитора девяностопятилетнего Константина Михайловича Федорова. Духовником студентов был маститый старец, служивший в свое время в клире храма Петергофского Императорского дворца, протоиерей о. Константин Быстриевский. В Питере студент Анатолий Елецких сблизился с неформальным кружком русских художников авангардистов - учениками школы Малевича и Филонова (княгиня Татьяна Глебова, Валентина Соловьёва, С. Стерлигов и др. ), посещал частные выставки их картин, что в те времена считалось опасным. Митрополит Ленинградский и Новгородский Антоний (Мельников), сам будучи тонким ценителем и собирателем живописи, благословлял иеромонаху Ионафану посещать его личную прекрасную пинотеку и новгородскую резиденцию, где в небольшом зале иногда давали концерты всемирно известные музыканты.
В Петербургской Духовной Академии семидесятых-восьмидесятых годов XX столетия царила атмосфера открытости между профессорско-преподавательским составом и студентами. Богословские дискуссии шли "на равных": никто не опасался высказать свою мысль и защищать ее в аудитории. Блестящая плеяда маститых профессоров под началом выдающегося архипастыря РПЦ митрополита Никодима (Ротова), а также ректора ЛДА и С архиепископа Кирилла (Гундяева), ныне митрополит Смоленский и Калининградский, председатель ОВЦС МП, профессоров-протоиереев: о. Николая Гундяева, о. Василия Стойкова, о. Ливерия Воронова, о. Аркадия Иванова, о. Владимира Сорокина, о. Богдана Сойко, многолетнего преподавателя Библейской истории Игоря Цезаревича Мироновича, преподавателя церковного пения Ивана Мелетьевича Ружанского и многих, многих других, передавала студентам знания богословской науки, воспитывала любовь к церковной православной службе и высокому искусству. Занятия студентов богословием и храмовые богослужения чередовались с посещениями оперного и драматических театров, многочисленных музеев-дворцов, выездами в Валаамский монастырь теплоходом по Ладоге. Нередко в Актовом зале Академии выступали хоры из Америки и Европы, читали лекции выдающиеся богословы-специалисты из других стран. Ныне Духовные школы Санкт-Петербурга находятся под омофором Высокопреосвященнейшего Митрополита Владимира (Котлярова) и под непосредственным руководством Преосвященного Ректора архиепископа Константина (Горянова), которые продолжают традиции славных православных Духовных школ северной столицы России.
В 1976 году иеромонах Ионафан закончил курс обучения в Ленинградской Духовной Академии (ныне Санкт-Петербургская) с ученой степенью кандидата богословских наук и был оставлен в ней профессорским стипендиатом. В 1986 году к юбилею тысячелетия Крещения Руси по благословению Святейшего Патриарха Пимена (Извекова) хор студентов Ленинградской Духовной академии и Регентского отделения ЛДА под его управлением осуществил запись грампластинки, где впервые были озвучены его авторские произведения. В 1987 году, получив благодарность Ученого Совета Духовной Академии за многолетний труд, он, по благословению митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия (Ридигера), возвратился в Киев, где был принят в клир Кафедрального Владимирского Собора. В 1988 году по рекомендации митрополита Киевского, по Указу Святейшего Патриарха Пимена, занял пост наместника Киево-Печерской Лавры в сане архимандрита, а вскоре был возведен и в сан епископа. Восстанавливал разрушенный монастырь и уставную жизнь. В богослужебной практике обители возобновил традиционный Лаврский Обиход - шедевр украинского духовно-музыкального церковного барокко семнадцатого столетия.
С возникновением в начале 90 годов ХХ столетия на Украине неканонического автокефального раскола архиепископ Ионафан открыто отстаивал духовное единство православного украинского народа с Матерью Русской Православной Церковью и обличал нарушение Филаретом монашеских обетов, за что (как и многие архиереи УПЦ) подвергся жестокой травле и преследованиям со стороны бывшего митрополита Киевского Филарета (Михаила Денисенко), позднее низложенного Архиерейским Собором УПЦ (МП) и анафематствованного Архиерейским Собором РПЦ (25 правило Св. Апостолов). Но до этого события, почти два года, изгнанный и оклеветанный Филаретом владыка Ионафан пребывал без места служения, скитался без крова над головой, уповая лишь на всесильную помощь Божию в ожидании праведного решения Святейшего Патриарха Алексия Второго и Архиерейского Собора РПЦ.
Многолетние лишения и продолжающаяся борьба за единство Святого Православия на Украине не заставили владыку Ионафана забыть церковно-певческое творчество. После оправдания владыки Ионафана и восстановления его Святейшим Патриархом Алексием, Архиерейскими Соборами РПЦ и УПЦ в святительском достоинстве, в бытность владыки на воссозданной Глуховской кафедре (г. Глухов - место обучения будущих композиторов А. Веделя и Дм. Бортнянского, местонахождение знаменитой старчеством Глинской пустыни, Сумская область Украины), киевский хор "Благовест" под руководством заслуженного деятеля искусств Украины и главного дирижера государственного хора Радио и телевидения Украины Виктора Скоромного записал компакт-диск "Традиционные и новые песнопения Православной Церкви" с музыкой епископа Ионафана, в который вошли его оригинальные произведения и переложения. В записи звучит и голос автора ("С нами Бог", "Тело Христово примите", "Хвалите имя Господне"). Архиепископ Ионафан автор многих духовных хоровых сочинений и переложений. Издательство "Музыкальная Украина" опубликовала его нотные сборники: "Христос рождается", "Степенные антифоны утрени", "Православный церковные песнопения".
В серии "Библиотека Камерного хора "Киев" увидела свет его "Литургия Мира". Впервые в истории славянского церковного пения гимны православной Литургии св. Иоанна Златоуста были распеты с использованием нескольких сегментов известных мелодий григорианского хорала. Камерный Хор "Киев" под управлением известного украинского дирижера Николая Гобдыча исполнил и выпустил компакт-диск с звукозаписью "Литургии Мира". Отдельные духовно-музыкальные сочинения архиепископа Ионафана были опубликованы и записаны на компакт-диски в зарубежных странах и вошли в сокровищницу духовных песнопений Православной Церкви: "Степенные антифоны древних напев", "Чертог Твой" (до минор), "Плотию уснув" (ля минор), "Ныне силы небесные", валаамский напев, "С нами Бог", соловецкий напев, (соль минор), "Покаяния отверзи ми двери" знам. распева (Си-бемоль мажор), "Величит душа Моя Господа" (ре минор) и др.
Музыкально-исследовательскую деятельность архиепископа Ионафана дополняет кропотливый поиск малоизвестных духовных сочинений послереволюционного периода и украинских монодий ХIV-XVI столетий, целью которой является сохранение духовного наследия великой православной славянской культуры. Не забыта архиепископом Ионафаном и русская церковная музыкальная культура. В стенах Петербургской Духовной Академии архиепископ Ионафан трудится над своей книгой, в основание которой положено описание найденных в её библиотеке семи рукописных книг с неизвестными широкой публике духовно-музыкальными хоровыми, акапельными сочинениями церковного композитора В. Фатеева, ученика Римского-Корсакова. Сочинения датированы периодом от 1916 по конец сороковых годов ХХ столетия.
Духовная связь владыки Ионафана с Петербургской Alma Mater продолжается многие годы. В конце 90-годов ХХ столетия архиепископ Ионафан, вместе с митрополитом Кириллом Гундяевым, был почетным гостем Санкт-Петербургской Духовной Академии в дни празднования 20-летнего юбилея образования музыкальной церковной семинарии - Регентского класса при СПб. Духовной Академии и Семинарии, у истоков организации которого он находился. Авторские сочинения владыки пополняют фонд академической библиотеки.
Научно-литературная деятельность архиепископа Ионафана представлена кандидатской диссертацией, в которой прослежены жизнь и труды византийского поборника православного иконопочитания IX столетия преп. Феодора Студита, различными изданиями переводов на русский и украинский языки молитвословий Божественной Литургии св. Иоанна Златоуста, св. Василия Великого (Херсон), стихами на религиозную тематику. Он - автор ряда статей, которые публиковались в церковной печати на Украине и в зарубежных журналах.
В 2003 году архиепископ завершил пятилетний труд по переложению на русский язык обширной духовной поэмы седьмого века после Р. Х. - Покаянного Великого Канона св. Андрея Критского в четырех литературных версиях (проза, стихи). Канон был опубликован издательством Херсонского Государственного Университета при содействии ректора профессора Ю. И. Беляева (Украина).
Доктор филологических наук профессор Херсонского государственного университета Олег Мишуков в своём отзыве на публикацию канона отметил: "Настоящий труд преосвященного Ионафана, архиепископа Херсонского и Таврического, в котором собрались воедино и знания богослова, и творческий дар церковного композитора, и духовного поэта, без сомнения, воссоздают искомый стиль старинной русской речи: в каноне найдены слова, которые "западают" в душу. Пятилетний труд владыки Ионафана, в частности, его ритмически изложенный канон, знаменует, на наш взгляд, заметный научно-литературный итог более чем столетних усилий священнослужителей и лингвистов изложить по-церковнорусски замечательное творение христианской древности - покаянный канон святого Андрея Критского". Перевод Покаянного канона св. Андрея Критского архиепископа Ионафана нашел позитивный отклик у многих авторитетнейших архиереев РПЦ (в частности, Предстоятеля Белорусской Православной Церкви митрополита Минского и всея Беларуси Филарета (Вахромеева), - председателя Богословской комиссии Священного Синода РПЦ, митрополита Юрьевского и Волоколамского Питирима (бывшего председателя издательского отдела РПЦ, многолетнего редактора ЖМП) и многих других Преосвященных.
В 2004 году, к 55-летию архиепископа Ионафана, издательство Херсонского Государственного Университета выпустило обширный нотный сборник "Осанна", в который вошли его духовно-музыкальные переложения, оригинальные авторские сочинения, патриотические гимны и стихи. Второе расширенное двухтомное издание сочинений архиепископа Ионафана вышло в 2005 году в Херсоне под названием "Тебе поем".
В этом же издательстве был напечатан настоящий "Новый Толковый Путеводитель по молитвословиям Божественной Литургии святителей Иоанна Златоуста и Василия Великого" - опыт изложения чинопоследования Божественной Литургии на русском языке с пространным историко-богословским комментарием и евхаристилогическими статьями. При непосредственном участии архиепископа Ионафана осуществлён перевод вышеназванного труда на украинский литературный язык, который готовится к печати.
Святейший Патриарх Алексий Второй, под руководством которого владыка Ионафан трудился последние два года своего пребывания в стенах Духовной Семинарии и Академии, в своём приветственном адресе к его 55-летию (30 января 2004 г. ) особо отметил труды архиепископа Ионафана на музыкальном и педагогическом поприще в Санкт-Петербургской Духовной Академии и Регентском отделении, его значительный вклад в воспитание будущих пастырей Церкви Христовой, издание литературно-богословских трудов.
Более десяти лет архиепископ Ионафан исполнял церковное служение на разных епископских кафедрах (Белая Церковь, Переяслав-Хмельницкий, Глухов, Сумы, Херсон), при этом он одновременно исполнял послушание управляющего делами УПЦ (по благословению Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Владимира (Сабодана), неоднократно был членом жюри Международного фестиваля церковной музыки в г. Хайнувка (Польша). Открыл и возглавил в Сумской области знаменитую Глинскую Пустынь, а позднее Сумское пастырско-богословское училище. Был инициатором открытия и первым непосредственным руководителем официальной Интернет-страницы Украинской Православной Церкви Московского Патриархата "Православие в Украине". Архиепископ Ионафан - член Богословской и Канонической Синодальных комиссий Священного Синода УПЦ. Удостоен церковных орденов Святейшим Патриархом Иерусалимским и всея Палестины Венедиктом, Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием Вторым, Блаженнейшим Митрополитом Киевским и всея Украины Владимиром, Предстоятелем Украинской Православной Церкви. Вселенским Патриархом Варфоломеем Первым удостоен архиерейской именной Святой Панагии. В конце 2004 года был представлен Херсонской областной государственной администрацией в кандидаты на соискание почётного звания "Заслуженный деятель искусств Украины".